Мрачная Обитель

После того, как за северянином захлопнулась дверь, в комнате повисла тишина. В солнечных лучах, струившихся из окна, было видно медленно кружившую в воздухе комнаты пыль.
Сулиана присела на краешек кресла Джиуба, с любовью и улыбкой глядя на приёмного отца. На фоне громадной спинки, бархат которой украшали древние ардаминские гербы, девушка казалась совсем маленькой. Словно она пришла в логово сказочного великана. По правде сказать, учитывая выдающийся рост губернатора, это было не так уж далеко от истины.
- Чему ты улыбаешься? - довольно резко спросил ардамин, повернувшись к ней боком.
- Тебе идёт, отец, когда ты в этом официальном губернаторском наряде. Он смотрится совсем по-домашнему, не то что старый ржавый доспех, который тебе так нравится.
Казалось, Джиуб немного оттаял, хотя на его скулах поигрывали желваки.
- Доспех много со мной пережил и не раз спасал мне жизнь, дочка. Неудивительно, что я к нему привязался.
- Зато твой губернаторский наряд помогала вышивать я, - звонко прервала его девушка.
- Вскоре мне придётся расстаться с ним. На время, конечно, - он с теплом в душе отметил, что на лице воспитанницы мелькнула тревога.
- Ты чем-то обеспокоен?
Сулиана мягко тронула его за руку, и Джиуб почувствовал, что начать разговор будет не так просто, как ему представлялось поначалу. Подобные разговоры всегда гораздо лучше выглядят в мыслях, чем в жизни.
- Как ты относишься к Сульрику? - немного натянуто спросил он.
Девушка будто ожидала этого вопроса, потому что в ответ на него слабо улыбнулась и произнесла слова, казавшиеся заученными.
- Как к брату, сингвиль. Не зря же вы называете меня своей дочерью, а его - своим сыном. Мы росли вместе, и я не могла не привыкнуть к нему и не полюбить его общество.
"И только?" - словно написано было на лице Джиуба, однако вслух он сказал другое.
- Я называю тебя так лишь потому, что очень люблю, дочь моя. У вас с ним разные родители, и я для вас обоих всего лишь воспитатель. Поэтому вы не родственники ни кровно, ни на бумаге... Но всё же моё сердце радуется тому, что часть меня живёт в вас, и вы оба более чем достойные воспитанники. Если бы я хотел иметь родного сына или дочь, то желал бы, чтобы они были похожи на вас.
- Благодарю, сингвиль, - смущённо потупила взор Сулиана. - Но мне кажется, за вашими словами скрывается что-то ещё, помимо радости.
Джиуб повернулся к ней, искренне улыбнувшись. Проницательность девушки всегда вызывала в нём особенный трепет.
- Если что и скрывается за ними, так это, может быть... мечта.
- Мечта? - удивлённо переспросила Сулиана.
Ардамин несколько раз приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но это больше походило на попытки набрать в грудь побольше воздуха. Он даже слегка вжал голову в плечи и закинул одну руку за спину, по чему девушка определила, что ему крайне сложно подобрать слова.
- Будешь ли ты винить меня, милая моя, что я втайне мечтал когда-нибудь увидеть вашу с Сульриком свадьбу? Вы оба так похожи, и так хорошо подходите друг другу, что я иной раз ловил себя на чувстве искреннего умиления, глядя на вас, когда вы вместе. И если бы я сделал Сульрика своим приёмным сыном, то умирая, мог бы быть уверен в том, что оставляю своё маленькое королевство в надёжных руках.
- Я... догадывалась, отец, - приглушённо молвила девушка, не поднимая на ардамина глаз.
- И что ты думала об этом, когда тебя посещали подобные мысли? - со всей нежностью, на которую был способен, произнёс Джиуб.
- Мне очень нравится Сульрик, - прямо ответила Сулиана. - И я, кажется, не безразлична ему, но...
- Но? - растерянно прервал её губернатор, слегка сорвавшись на привычные хриплые нотки.
- Но похоже, он смотрит в мою сторону только тогда, когда мы с ним находимся в одной комнате. Всё остальное время этот несносный полукровка готов гоняться за каждой семистерской юбкой.
- ...если эта юбка хотя бы каплю напоминает ему о тебе, - закончил, улыбнувшись Джиуб. - Не суди его строго, он ветрен ровно настолько, насколько любой юноша его возраста.
- Когда же ты успел проникнуть в его мысли, отец? Сульрик мастер сыпать комплиментами, да вот только выдумывает он их для других, а мне достаются лишь объедки.
- Я в его возрасте был таким же, - как будто с сожалением проговорил ардамин, отведя задумчивый взгляд в сторону.
"Может, именно потому ты и так и не нашёл себе пару" - подумала Сулиана, но тут же осекла сама себя, представив, насколько больно ранила бы её воспитателя подобная фраза, произнесённая вслух.
- Не думай, что я одобряю его "подвиги", дочка, но всё же, он юноша, а значит они не столь вредят его репутации, как повредило бы подобное поведение твоей.
- Моей репутации не повредила даже работа в публичном доме под прикрытием, - возразила девушка, чем заставила Джиуба вздрогнуть.
- Я бы плохо знал тебя, если бы хотя бы на минуту поверил в то, что ты... кхм... воспользуешься служебным положением в неправильных целях, - несколько неуверенно произнёс он.
- Если я чего и набралась от девиц мадам Ансини, так это разве что жеманства и кокетства, - Сулиана передразнила лицо типичной легкомысленной особы. - А они ни одной девушке не повредят. Только, конечно, я даже в страшном сне не представляла продавать себя, как они, - успокоила начавшего нервничать губернатора Сулиана.
- Я всегда верил тебе на слово, - постарался поскорее закрыть щекотливую тему Джиуб. - И всё же, возвращаясь к Сульрику, что ты думаешь о нём?
- Меня очень расстроило то, что ты отправил его с передовым отрядом, отец, - честно ответила девушка. - Как будто ты не мог приберечь столь любимого воспитанника подальше от сражения. Мне хватало забот с ним и в мирное время, когда каждый день не знаешь, куда заведёт твоего любимого братца его отчаянная голова. А теперь, не знаю, чего и ждать.
На её глаза навернулись слёзы. Джиуб воспринял это с двойственным чувством. С одной стороны, он с самого детства Сулианы не мог выносить, когда та начинала плакать. С другой, эти неподдельные слёзы как никакие слова объяснили ему, как она в действительности относится к Сульрику. На всякий случай ардамин не спешил прерывать признание девушки.
- Он так трогательно попрощался со мной, - продолжила та, утерев уже начавшую спускаться по щеке слезу. - Обещал, что если доберётся до Мортерима, залезет на самую высокую башню и прикрепит на её вершине ту ленточку, что я подарила ему, когда было объявлено о его выступлении в поход.
- Не волнуйся, я отправил с Сульриком тех, кто хорошо за ним присмотрит. Проследит, чтобы он сильно не геройствовал, - Джиуб с тайной радостью заметил, как из уголка глаза Сулианы выкатилась ещё одна крупная слеза. - Но конечно, не сомневайся в том, что он выполнит своё обещание, - быстро прибавил губернатор.
Он рассеянно прошёлся от стола к окну ещё пару раз, подождав, пока девушка окончательно придёт в себя и успокоится, а затем, вспомнив о задании, которое дал северянину, уже с более ровными мыслями отнёсся к тому, что Сулиана составит молодому монтгарду компанию.
- Ты ведь хорошо знаешь старика Седмиуса, служителя в храме Эсфидель? - Джиуб пару раз кашлянул. - Я попросил кискендира Рульфивиона расследовать одно дело, и ты должна отвести его к нему, а то наш новоявленный рыцарь ненароком заблудится среди улочек Семистера. Чтобы не утомлять ни тебя, ни Алекса долгими объяснениями - вот свёрток с несколькими документами, который нужно передать Седмиусу. Он скажет, что делать дальше.
- А заодно и утомит нас с Алексом объяснениями вместо тебя, - повеселев, вставила Сулиана. - Уж на это он мастер.
- Ну, я никогда не был хорошим рассказчиком, ты знаешь, - Джиуб начал описывать носком туфля круги на полу, как сделал бы засмущавшийся ребёнок.
Девушка звонко рассмеялась, почти неуловимым движением подхватила свёрток и, приобняв и нежно поцеловав воспитателя в щёку на прощание, выскочила из зала.