Мрачная Обитель

Фэйтон пристально взглянул в глаза Энкану, ясно читая мысли, что он скрыл от всех. Затем скрестил руки перед собой...
За окнами потемнело, словно ветер нёс тучи песка. Свечи вздрогнули, некоторые потухли - слугам пришлось поспещно зажигать их вновь. А затем над летописцем склонилась крылатая фигура, туманный образ, чьим сердцем был сейчас Фэйтон.
- Людям больше не нужна моя помощь, а мне больше нечего защищать, лишь суждено нести не имеющие смысла знания тем, ктое не имеет желания их использовать, - голос странника изменился, в нём теперь сквозили железные нотки, словно молот Айленхорта вбивал он в уши загадочные слова. - Время морфов подходит к концу, это так, я вижу... И пусть многие из них хотят казаться еще более самоуверенными, чем кажутся, а кажутся еще более самоуверенными, чем есть на самом деле, в их душах затаился страх, потому что все они чувствуют приближение конца. Я видела больше, чем они, но именно меня никто и не услышит. А на что ещё способен он, этот Никто? Он не слышит, не видит, не чувствует и не ждёт...
Фэйтон откинулся на спину, лицо его побледнело, на лбу застыли бисеринки пота. Только это был не пот. С потолка, неведомо как появляясь из сгустившейся там тьмы, зал окатил дождь - не сильный, но очень холодный. Через несколько мгновений чудеса прекратились, из окон снова полился свет, а потолок ясно освещали канделябры.

Назад в городские казармы

Ланжан угрюмо вытер рукавом волосы, с которых стекала вода, и столь же угрюмо посмотрел на Зайрема.
- Лучше бы ты высушил комнату, а уже потом себя, - заметил он. - Когда Джиуб войдёт сюда и увидит единственного сухого посреди мокрого хаоса, как ты полагаешь, на кого первого он подумает?
Тёмный эльф действительно был лёгок на помине и порывисто вошёл, или скорее даже влетел в комнату вместе с телохранителями и советниками. На пороге он замер, увидев творившийся в зале для собраний хаос: ковёр, полки для книг, стол - всё было мокрым. На скромном стуле в углу примостился мокрый же Ланжан, выглядевший, казалось, ещё кислее, чем до ухода губернатора, а из-за его спины растерянно выглядывала Эллис. Сухая, потому что тени не мокнут. Ну, если сами того не захотят. Напротив Ланжана сидели небрежно развалившийся в кресле Энкан, будто бы и не менявший своей нагловатой позы, и чуть растерянный и странно улыбающийся Фэйтон.
- Вижу, вы тут времени зря не теряли, господа, - протянул Джиуб, осматривая масштабы неприятностей и мрачнея на глазах. Наконец его взгляд задержался на бумагах, лежавших на столе, в которых советники делали свои записи. Конечно, они тоже промокли. Насквозь. Чернила размазались, и теперь ничего нельзя было разобрать.
- Ашкарасейя... - выругался Джиуб.
- Вот-вот, а я о чём, - подделываясь под тон его голоса, согласился Ланжан. Наверное, это был первый раз за вечер, когда он соглашался с тёмным эльфом.
- Ладно, мештлисер с ними, - махнул он рукой на бумаги. - Думаю, вам повезло, - обратился он к советникам, - что ваши заметки промокли, иначе мне было бы очень интересно на них взглянуть, а наверняка ничего кроме накаляканных от скуки домиков с трубой или карикатур на меня не нашёл бы.
- Итак, выяснили что-нибудь? - осведомился Джиуб у магов. - Только не говорите, что устроили весь этот беспорядок почём зря...
Тёмный эльф потянул за шнурок звонка, висевшего у двери, и почти сразу на вызов пришла прислуга из соседней комнаты. Одного взгляда на зал для собраний ей хватило, чтобы понять, что от неё требуется.
- Выяснить-то выяснили, - ответствовал Ланжан. - Хотя, надо признаться, практически то же, что мы слышали раньше, только в несколько более... суровой форме, - он снова вытер волосы рукавом, как бы вместо пояснения, что он имел в виду. - А где северянин?
- Теперь он мой ответственный офицер. Поверьте, гораздо более ответственный, чем вы трое, вместе взятые... Ашкарасейя! - снова не выдержал он, увидев, во что превратилось его мягкое кресло с изысканной обивкой. - Я отправил Алекса по одному моему поручению, он присоединится к нам немного позже. А пока, давайте исправлять беспорядок в комнате и в наших головах.

Отослав советников и своих телохранителей прочь, Джиуб остался в зале вместе с Ланжаном и Фэйтоном, если не считать стражников у дверей. Тёмный эльф с явным неудовольствием примостился в кресле, которое ещё оставалось немного мокрым. Впрочем, губернатору не нравилось сидеть в нём и в другое время: он привык проводить свой день на ногах, самолично обходя посты, выясняя, как идут дела в городе, и бездействие мучило его будто приступ подагры.
- Сколько ещё предстоит уладить, прежде чем мы наконец выступим в поход! - проворчал он. – И как жаль, что не все мои подчинённые исполняют свои обязанности как надо!
- Удел всех правителей, - пожал плечами Ланжан.
- Тебе-то подобное ощущение подавно должно быть знакомо, бывший владетель Плесси-де-Анжель.
- Не думаю, Джиуб, - нисколько не обидевшись на подчёркнутое «бывший», ответил маг. – Когда я был правителем, мне было на кого положиться. Ведь помогали мне такие, как ты.
Тёмный эльф не знал, считать ли это комплиментом, или оскорблением, ведь Ланжан как бы невзначай напомнил, что когда-то Джиуб был у него в подчинении. Губернатор Семистера уже было готовился ответить, но тут увидел доброе и приветливое выражение на лице Эллис, и счёл это признаком того, что в словах изворотливого чародея на сей раз не было задней мысли.
- А у нас гости, Джиуб, - вдруг бросил Ланжан и, отпрянув от стола на шаг, занял положение, удобное для чтения заклинаний.
- Спокойно, маг, - невозмутимо протянул тёмный эльф. Казалось, он даже не моргнул. – Похоже, этот гость уже давно здесь, дожидается своей аудиенции. Если бы он пришёл со злыми намерениями, то не стал бы терпеть так долго.
- Странная логика, каади, - послышалось из угла зала, и из темноты за шкафом выступила неясная фигура. В голосе слышались свистяще-шипящие нотки, но, надо отдать должное, пришелец отлично разговаривал на языке людей.
Когда он вышел на свет, Ланжан от удивления вздрогнул. Мештлисер, во дворце губернатора? Он, конечно, знал, что после побоища в подвале резиденции уцелевшая часть племени этих странных существ согласилась присоединиться к армии Джиуба, но чтобы один мештлисер умел разговаривать на понятном языке, и так запросто проникал в зал для собраний – святую святых властей города – это было ошеломляющей новостью.
Ланжан не видел мештлисер с тех пор, как их победили в подвалах под дворцом губернатора. Ему говорили, что под казармы для них выделили отдельное здание, тщательно отгороженное от любопытных глаз горожан, а потом, маг на неделю слёг, видимо, основательно простыв в холодных катакомбах, и ему было не до всего остального. Так или иначе, сейчас он мог впервые рассмотреть мештлисера при свете.
Существо было ростом с человека, но отличалось пропорциями тела. У него были неестественно, по людским меркам, длинные и тонкие конечности, цепкие пальцы, оканчивающиеся острыми ногтями, больше похожими на когти. Голова мештлисера немного сужалась книзу, так что рот и челюсти казались сравнительно маленькими, а широко поставленные круглые глаза, похожие на кошачьи, время от времени поблёскивали, будто откуда-то изнутри в них пробивался скрытый огонёк. Загадочный гость испытывал явный дискомфорт от света, но терпел с достойной похвалы выдержкой. На мештлисере был тонкой ручной работы кожаный доспех со множеством ремешков и дополнительных карманов, а за поясом был заткнут внушительный гравированный кинжал с кривым лезвием, больше походивший на короткий меч. Кроме того, из-под доспеха кое-где выглядывали другие колюще-режущие предметы, которые красноречиво говорили о том, что у новоявленного гостя заготовлено с собой немало сюрпризов. Мештлисер постоянно шевелил своими тонкими пальцами, поглаживая ремешки доспеха и рукоять кинжала, а его большие оттопыренные уши с заострёнными концами, чутко реагировавшие на перемену обстановки вокруг, живо напомнили Ланжану Сульрика – адъютанта Джиуба.
- Чем обязан? – всё так же невозмутимо поприветствовал его губернатор, хотя маг заметил, что тёмный эльф сидит так, чтобы в любой момент вскочить с места и предупредить любую угрозу со стороны пришельца. Он жестом велел страже держаться на расстоянии, но это отнюдь не делало его уязвимее.
- Меня зовут Хассирин, - отозвался мештлисер с достоинством. – И если вы меня сейчас видите, то только потому, что я сам этого пожелал.
- Кто ты?
- Я наёмник, каади. Но в отличие от большинства наёмников, у меня есть кое-какие принципы, которые выше золота. Именно поэтому я здесь.
- Красивые слова, - не меняя тона, ответил тёмный эльф. – Слишком красивые - для наёмника.
- Это так, каади, - перебил его мештлисер. – Но вам стоит признать, что будь я наёмным убийцей, у меня был за последние пару часов не один десяток возможностей прикончить одного из вас...
Джиуб засмеялся, но Ланжан, хорошо знавший его, понял, что это притворный смех. Тёмный эльф подал ему знак.
Внезапно один из стражников, обнажив меч, бросился на мештлисера, но тот извернулся, как ящерица, проскользнул под его рукой и, выхватив кинжал, нанёс солдату один быстрый смертельный удар. Стражник, охнув, повалился на ковёр, заливая его кровью.
- ...как видите, я отлично умею убивать, - ровным, жестоким тоном проговорил Хассирин, пряча кинжал с таким видом, будто его отвлекла от разговора назойливая муха.
- Впечатляет, - таким же ровным голосом ответил Джиуб, бросив мельком взгляд на мёртвого стражника. – Однако тебе не стоило его убивать.
- Он собирался убить меня, - мештлисер сверкнул глазами. – Ничего личного.
- И всё равно, тебе не стоило этого делать.
- Может, вместо этого надо было убить кого-то из вас?
От ощущения силы, которым дышала эта фраза, и скрытой в ней злобы, Ланжана передёрнуло.
- Зачем ты пришёл, Хассирин? – резко спросил губернатор. Он всё так же сидел в кресле, почти не шевелясь, облокотившись своими крепкими руками на стол, и будто всем видом говоря, насколько он пренебрегает угрозой, исходящей от наёмника.
- Я слышал, что часть моих братьев, те, что выжили, присоединились к походу на Мортерим, - сдержанно, взвешивая каждое слово, заговорил Хассирин. – Я наёмник, а такие, как я, любят войну. Но на этот раз война далеко зашла, и допустить, чтобы мой народ сгорел в ней, как дрова в камине, значило бы предать его. Я помогу вам победить, если только целью в этой войне вы не ставите уничтожение моих братьев.
- Очевидно, те, кто вами командует, на той стороне, этого хотят больше нашего, раз ты пришёл сюда, - криво улыбнулся тёмный эльф, не сводя внимательного взгляда с Хассирина. – А насколько можно доверять наёмнику?
- А насколько можно доверять тому, кто только что подал знак убить меня? – задал встречный вопрос мештлисер.
- Это была только проверка, - Джиуб указал на тело солдата, которое на глазах растаяло в воздухе. – Ещё одна иллюзия от мастера Ланжана, - он ухмыльнулся.
- Хороший фокус, - Хассирин смерил мага взглядом. – Я слышал, ваш фокусник убил многих моих братьев.
- Только потому, что они собирались убить меня, - подражая циничному тону наёмника, парировал Ланжан. – Ничего личного.
- Тебе повезло, что я не собирался сегодня причинить тебе вред, человек, - со сдерживаемым гневом проговорил наёмник.
- Ты бы и не смог. Эллис всегда предупреждает меня об опасности.
- А я и без ручной тени чувствую присутствие рядом с собой убийцы, - вставил Джиуб. – Может, ты плохо чистишь свой клинок, Хассирин? От него за милю можно почуять кровь.
Ланжан счёл, что это было сказано в переносном смысле. Хотя, кто мог знать наверняка, что умеет проницательный губернатор?
- Пустой блеф, - презрительно бросил мештлисер.
- По крайней мере, я блефую на своей территории, Хассирин. Чего не скажешь о тебе. Так что ты можешь предложить нам, помимо сомнительного красноречия и не менее сомнительной возможности принять в свою армию потенциального предателя?
- Вы плохого мнения о моём народе, но это ваше право.
- Нет, я плохого мнения о наёмниках, - поправил его Джиуб. – Хотя, говорят, они всегда сверхъестественным чутьём выбирают правильную сторону. Так что, может быть, в твоём появлении есть и хороший знак...
- Довольно, - оборвал его Хассирин. – В своём племени я занимал высокое положение, и не потерплю оскорблений ни себе, ни своим братьям.
- А ты неплохо умеешь разговаривать на нашем языке, - вставил Ланжан, чтобы разрядить обстановку.
- Только потому, что у любого из вас кишка тонка выучить мой язык, - сверкнул глазами мештлисер.
Чародей почувствовал, что только что выступил в роли громоотвода, но смолчал, не желая нагнетать напряжение ещё больше.

До той минуты, пока не заговорил Хассирин, Ланжан был невысокого мнения о мештлисер. Ему они представлялись очень примитивным народом, воспринимающим только язык силы и не способным стремиться к каким-либо идеалам. Наёмник заставил этот сложившийся в душе чародея образ пошатнуться. Хотя чувство брезгливости и пренебрежения, исподволь появлявшееся, когда Ланжан узнавал о чём-то, связанном с мештлисер, не окончательно покинуло его, стало заметно, что маг начал по-другому воспринимать этот народ. Кто знает, может эти «младшие братья эльфов» со временем обнаружат больше положительных качеств? Теперь, когда пожали друг другу руки удивительно похожие между собой Хассирин и Сульрик, как-то не поворачивался язык назвать мештлисер ущербным племенем. Скорее, они обрели неправильных покровителей, или же были обмануты далеко метившими обещаниями.
Пока чародей размышлял над всем этим, он не заметил, что Хассирин повернулся в его сторону. Наконец почувствовав на себе пытливый взгляд, Ланжан слегка смутился. Хассирин смотрел удивительно осмысленно, словно читал мысли мага и не упустил из них ни одной, касавшейся его лично. Ланжан решил заговорить первым.
- Если мне не изменяет чутьё, то, что вы так оживились при упоминании о неких аль-сулейдских агентах – хороший знак, господин наёмник. Если бы только кто-нибудь посвятил меня в это дело, - прибавил он, косясь на Джиуба.
Хассирин промолчал, потому что сразу же начал говорить губернатор.
- Что ж, не вижу помех, - ответил тёмный эльф, хотя по тому, как на мгновение сжались его тонкие губы, было видно, что Ланжану он доверяет меньше, чем северянину, чья открытая и честная натура успела произвести на него впечатление.
- Мы в не очень тёплых отношениях с восточными соседями, - продолжил губернатор. – Хотя их торговцы свободно посещают Семистер – не в пример нашим торгашам, которые находят дорогу в Аль-Сулейд чересчур трудной и предпочитают отращивать брюшко, не вылезая из местных лавочек. Принц Арнуман, правитель Аль-Сулейда, очень неохотно ведёт с нами переговоры, а просьбу о помощи Мортериму отклонил. Сейчас мне не известно ничего о его действиях, а к тому же, неясно, каким образом аль-сулейдские торговцы проходят через полосу окружения мештлисер и реку Лин-Ассаэр. Вполне возможно, что они в сговоре с захватчиками. Наша разведка не способна выяснить это наверняка, а вступать в открытую конфронтацию с этими восточными дьяволами у меня пока нет желания.
- Разве в Семистере нет аль-сулейдского посольства? – немного удивлённый, поинтересовался Ланжан.
Губернатор развёл руками.
- В том-то и дело, есть, но любая попытка послать дипломатическую нотку принцу Арнуману оборачивается неудачей. Обычно всё, что я слышу из новостей от посольства, это «мы передадим ваше послание принцу» или «мы всё ещё ждём ответа от принца». Уж что-что, а переливать воду из одного ведра в другое и обратно они умеют.
- Сразу видно, политика – не твой конёк, Джиуб, - пренебрежительно кинул Ланжан. – Нетрудно догадаться, что Семистерского посольства в Аль-Сулейде ты даже не пытался организовать. Увы, старина, быть хорошим военным вождём недостаточно для того, чтобы быть хорошим правителем...
- Я как раз собирался поучиться у тебя остальному, - невозмутимо отпарировал тёмный эльф. – За время, пока я губернатор в Семистере, мне едва ли не каждый день доводится иметь дело с теми, у кого в голове давным-давно созрели планы идеального устройства государства и светлого будущего. Всех их отличает одно: они много говорят, много советуют, критикуют каждый мой шаг, а когда доверишь им самим пустяковое дельце, весь эпический пыл улетучивается, как дым.
- Не забывай, в своё время я тоже был правителем, - холодно ответил Ланжан.
- Разве только в прошлой жизни. Где ты был столько лет? Чужое искав, своё потерял.
- Не будем об этом, капитан Джиуб, - тихим, вкрадчивым голосом произнёс маг.
- Капитан Джиуб остался в твоих снах, Ланжан! – тёмный эльф сжал кулаки. – Помни, с кем разговариваешь!
- Кстати, о птичках. Мне кажется, только что мы разговаривали совсем на другую тему. Там было что-то про аль-сулейдских агентов и ещё пара отрывков из ненаписанных мемуаров на тему «как я управлял городом»...
- Пожалуйста!.. – взмолилась Сулиана. – Сейчас не время для выяснения отношений. В городе действует очень серьёзная агентурная сеть аль-сулейдцев, и чем меньше между нами согласия, тем дольше они будут чувствовать себя безнаказанными.
- Верно говоришь, цветочек, - похвалил Джиуб, хотя всё ещё недобро смотрел на Ланжана. – Слишком долго я взваливал на твои хрупкие плечи всю контрразведку в Семистере. Сегодня тебя едва не убили... и в этом моя вина.
- Насколько я понимаю ситуацию, - перебил чародей, - необходимо, чтобы известия о выступлении армии в поход не достигли принца Арнумана?
- Быстро схватываешь. Если аль-сулейдцы пронюхают о том, что наши лучшие солдаты увязли под Мортеримом, они не преминут напасть. Не исключено, что им известна другая переправа через Лин-Ассаэр, тогда они могут пойти в обход и атаковать город у нас в тылу. И в том, и в другом случае сценарий начала войны с ними будет для нас заведомо неблагоприятным. А чтобы взять ситуацию под контроль, нужно вернуть Мортерим, и как можно скорее.
- Если бы им была известна другая переправа, они ведь воспользовались бы этим раньше, разве нет? – Ланжан потёр виски, морщась от очередного приступа мигрени.
- Семистер неплохо укреплён, а уж если мобилизовать его скрытые резервы... С ходу его не взять, даже с большой армией, аль-сулейдцам пришлось бы начинать затяжную войну на чужой территории, - Джиуб задумался. – Это не их стратегия. Скорее они сейчас отсиживаются где-то на том берегу и точат свои сабли в кустах.
- Как быстро можно совершить переход целому войску, вместе с обозами, от Аль-Сулейда к Мортериму?
- Я никогда не был в Аль-Сулейде, - уклончиво ответил губернатор. – Рассказы о нём, и карты тех мест, составлены со слов некоторых беженцев и торговцев. Подозреваю, во многом они неточны. Правда лишь то, что между восточным берегом Лин-Ассаэр и городом принца Арнумана лежат степи и пустыни, тянущиеся на много миль. Очевидно, люди, приспособившиеся к такому климату, отличаются отменной стойкостью и наверняка прекрасные воины. Аль-Сулейдцы поставляют нам своих лошадей, но эти животные, нам кажущиеся удивительно выносливыми скакунами, по рассказам, в сравнении с личными конями Арнумана – лишь рядовые клячи. Я уже не говорю о тех белых верблюдах, на которых они возят свои товары через пустыню...
- Ни разу не видел этих животных... – протянул Ланжан, выражение которого стало немного мечтательным.
- Но я отвлёкся, - поправился Джиуб. – Стоит ещё раз повторить о том, что я не знаю, состоят ли в сговоре между собой военачальники мештлисер и Аль-Сулейда, и не знаю, стоит ли армия Арнумана прямо на восточном берегу Лин-Ассаэр, или же только собирается выступить, как и мы.
- Раз их агенты оживились, значит аль-сулейдская армия как минимум уже в походе, - предположила Сулиана.
- А сколько времени нужно, чтобы добраться от Семистера до Мортерима? – уточнил Ланжан.
- Форсированный марш займёт неделю. К тому же, нам надо будет остановиться в Кельферском аванпосте на некоторое время, пополнить запасы воды в дорогу, и забрать инженерный инвентарь для осадных орудий, который я приказал запасти там раньше.
- Медлить больше нельзя, Джиуб, - черты лица мага стали резкими. – Так как выловить агентов в многолюдном полном беженцев городе почти невозможно, я предлагаю обмануть их. Мы тайно отправим из города квирту или две воинов, а тем временем будем продолжать делать вид, что поход только намечается. Остальная часть войска выступит через три-четыре дня, уже с торжественной церемонией на главной площади Семистера. Выигранного времени будет достаточно.
Квиртой называлось боевое соединение числом в двести солдат; это название сохранилось ещё со времён организации стражи замка Плесси-де-Анжель, и по тому, как Джиуб одобрительно кивнул, Ланжан понял, что не всё ещё потеряно между ним и его старым темноэльфийским другом.

Фэйтон во все глаза смотрел на странное существо, что вошло в зал. Похожий на гоблинов или гремлинов из внешнего мира, Мештлисер тем не менее обладал кое-какими проблесками ума. Однако вид существа, его непроницаемые глаза произвели должное впечатление. Летописец мог бы сказать, что от Хассирина исходила какая-то чуждая, неприятная ему сила.
- Мне хотелось бы узнать, - поинтересовался Фэйтон, - что собой представляют Мештлисеры, кто правит ими и откуда взялись здесь? Кто они... или, возможно, что они?
Летописец взглянул на Ланжана, потом перевёл взгляд на Алекса.

- Простите, что напоминаю, губернатор, но что мы всё же будем делать с аль-сулейдскими агентами? - несмело спросил Сульрик, взглядом ища поддержки у Алекса, который, видно, и сам собирался повторить свой вопрос.
Лицо Джиуба осталось непроницаемым.
- Придётся отдать грязную работу в руки несколько более кхм... прямолинейных людей, - ответил он. - Не думай больше о них, Сульрик. Ну а если же ты намекнул на награду, пройдоха, то не слишком ли жирно для тебя будет? Вот нашего северного друга я действительно собирался наградить, спасибо что напомнил.
- Более прямолинейных людей? - как бы невзначай повторил Ланжан. - Не слишком хорошая черта для губернатора - сваливать важные дела на крайние плечи. Что-то ты темнишь, старина. Хотя чего я удивляюсь - тёмным эльфам наверное и положено вечно темнить.
К изумлению присутствующих, эта шутка ни капли не задела Джиуба. Напротив, он зловеще улыбнулся и ответил непринуждённым тоном:
- Любопытно, когда в своих странствиях ты успел набраться губернаторских навыков, чародей? Единственный твой подданный, которого я сейчас вижу, это маленькая, но гордая тень. Или она занимает у тебя сразу несколько вымышленных должностей? Или... постой, быть может, она - твой личный губернатор? Какие пикантные подробности...
Ланжан серьёзно смутился и даже закусил губу.
- Ба, да я вижу, наш Джиуб-таки успел набраться чувства юмора за двести с лишним лет, - уже не так уверенно парировал он. - Пора бы, пора бы... Но нет - скорее я поверю в то, что оно дремало где-то глубоко в нём, и проснулось благодаря моим выпадам.
- Ты себе льстишь, чародей, - снисходительно промолвил тёмный эльф. - Хотя, надо признать, твоё чувство юмора неплохо сохранилось за те же годы. Разве что приобрело небольшой душок, ну так это не помеха, верно? Береги голову в грядущей войне, я слышал, мештлисер очень любят дубасить врагов по ней своим неказистым оружием, так что содержимое может слегка пострадать...
- Это мне снится, или впервые наш губернатор заткнул за пояс выскочку-мага? - шепнул Сульрик Алексу, глуповато улыбаясь.
Маг ничего не ответил Джиубу. Он подошёл к окну, к раскрытой форточке, немного поёжившись от повеявшего холода. Дождь никак не стихал, и на поверхности луж всё появлялись многочисленные следы капель. Ланжан подумал, каково там сейчас защитникам Мортерима, уж они точно встречают дождь не в такой уютной обстановке и возможно даже не под крышей. Чародей мельком взглянул на северянина, на лице которого будто было написано: "пока вы здесь шутите - в Мортериме умирают", и ему стало обжигающе совестно.
- Не нравится вид за окном? - внезапно вставил Джиуб. - Мне тоже. Сразу представляются раскисшие дороги и капающая с деревьев вода. Не самые подходящие условия для военных манёвров, и это нам одновременно и на руку и не очень. Аль-сулейдцы на некоторое время скованы, как и наши основные силы. Но и передовому отряду придётся выступать без лошадей и обозов.
- Судя по этим тучам, дождь вполне способен лить ещё сутки, - сочувствующе прибавила Сулиана.
- Обозы нас только задержали бы, - отмахнулся Ланжан. - А пехота пройдёт налегке там, где лошади увязнут. За нас не бойся, Джиуб. Ты сам тут смотри не промочи себе хвост.
Адъютант Сульрик почесал в затылке и в недоумении взглянул на губернатора, ожидая его реакции.
- Какой ещё хвост?! - раздражённо крикнул тёмный эльф.
- Шутки у тебя, как у настоящего бесёнка, - пояснила Эллис, которая стояла, насупившись и скрестив на груди руки.

Словно туманная пелена вдруг сошла с глаз Алекса, а его сознание вернулось из тёмных глубин, в которые его увлёк неизвестный маг. Северянин инстинктивно отдёрнулся во сне, когда костлявая когтистая рука тронула его за плечо, но эта рука успела крепко вцепиться в него и потянуть обратно. Частично придя в себя, Алекс со смущением обнаружил, что на самом деле его легонько тронула Сулиана. Взгляд девушки был очень обеспокоенным.
- Сударь, с вами всё хорошо? - несмело спросила она.
Остальные присутствующие тоже обернулись на северянина. Сульрик, стоявший к нему ближе всех, поспешил поддержать кискендира, так как тот прижался к дверному косяку и, казалось, еле держался на ногах.
- Ээ... да у него жар, - протянул полукровка, проводя тыльной стороной ладони по лбу Алекса.
- Вот уж не думал, что он простынет, - озадаченно отозвался Джиуб. - Хотя, погода сегодня была и правда крайне скверной. Отведите его в комнаты для гостей и прикажите послать за лекарем.
- Да нет же, это не из-за погоды, с ним что-то другое... - Сулиана всматривалась в глаза Алекса, которые, хотя он и открыл их, глядели куда-то сквозь девушку, отсутствующе.
Голоса окруживших его людей звучали для северянина бесконечно далеко, он едва мог разобрать слова.
- Когда у меня на днях было дурное самочувствие, со мной так не носились, - Ланжан сплел руки на груди и надменно задрал подбородок.
- А чего ты хотел, - недобро покосился на него Джиуб. - северянин сегодня побывал в хорошей драке, он заслужил внимание. Спроси себя, что в этот момент делал ты.
- Раззадоривал тебя, старина, - чародей хитро подмигнул ему. - Когда ты злишься, то начинаешь лучше соображать.
- Да тихо вы! - не удержалась Сулиана. - с ним что-то... я не могу объяснить. Как будто его тело здесь, а сознание нет.
Теперь уже даже невыносимый чародей и непримиримый губернатор встрепенулись и подошли, чтобы посмотреть на северянина. Но тут уже странное оцепенение оставило юношу, его взгляд стал осмысленным и несколько растерянным, оттого, что так много озабоченных лиц вдруг окружило его.
- Знаете, что мне подсказывают глаза этого честного и измученного юноши? - Джиуб переглянулся с остальными, которые недоумевающе уставились на своего начальника. - Они подсказывают мне, что наше собрание невыносимо затянулось. И не будь я хозяином Семистера, если бы позволил себе задержать всех вас ещё на мгновение дольше. Все, кто желает, свободны. А мага - вытурите отсюда в принудительном порядке, - тёмный эльф оскалился.
- Спасибо за заботу, дружище, - широко улыбнулся ему Ланжан. - Пойдём, Эллис.
Тень тихонько засеменила за ним. На удивление, Хассирин тоже почему-то последовал за Ланжаном.
Двое из телохранителей Джиуба взялись отнести Алекса в комнаты для гостей, а Сулиана решила сопроводить их. Фэйтон, наверное, единственный покинул приемную губернатора без тени сожаления. А в зале остались только Джиуб, Альзантир и Сульрик, но их разговор уже был интересен только им троим.

- К вашим услугам, губернатор. Что мне ещё остаётся, - мрачно ответствовал северянин, впрочем, не без любопытства наклоняясь над столом, чтобы заглянуть в бумаги Джиуба.
- Если чутьё меня не подводит, это будет дело поопаснее той заварушки в публичном доме, - начал ардамин. - Так что компанию тебе составят старые проверенные люди из числа кельференских стрелков.
- Но со мной не будет Сульрика, - вставил Алекс, исподлобья глядя на Джиуба.
- Жалеешь об этом? Мне казалось, всего полчаса назад ты должен был внутренне радоваться отъезду полукровки, - губернатор строго покосился сначала на северянина, потом на свою приёмную дочь, которая растерянно начала теребить оборки платья.
- Я действительно жалею, что его не будет рядом со мной. Как бы я не уважал ветеранов из Кельферена, ваш воспитанник стоит десятка солдат.
- Именно поэтому он возглавляет передовой отряд, в то время как ты - споришь тут со мной. Не хотел бы напоминать, но...
- Довольно, губернатор, я понял, к чему вы клоните. Прошу простить мою резкость, было бы подло благодарить ею вас за ту доброту, с которой вы приняли у себя чужестранца. И ту доброту, с которой приняла меня линве Сулиана. Я постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы оправдать такое отношение.
Джиуб недоверчиво прищурился, снова переводя взгляд с Алекса на Сулиану и обратно, но прежде, чем северянин успел добавить ещё хоть слово, произнёс:
- Как вы верно заметили, каади, вы - чужестранец, а значит, я не имею права приказывать вам, могу лишь попросить.
- Не совсем, губернатор, - дипломатично продолжил северянин. - Это было справедливо до той поры, пока вы любезно не присвоили мне офицерское звание в вашем войске. Теперь же я стал вашим подданным. Или, по крайней мере, преданным сторонником. Хочу, чтобы вы относились ко мне соответственно, и позволили оправдать это высокое доверие, господин... сингвиль Джиуб.
Говоря это, Алекс на мгновение повернулся к Сулиане. И, похоже, та оценила вежливость и искренность молодого человека, потому что незаметно от ардамина ободряюще кивнула северянину.
- Вот такими вы мне нравитесь, северные жители, - губернатор, просияв, приобнял Алекса за плечи. - Честные и прямолинейные, как падающий мештлисер, хе-хе.
- Вам доводилось раньше встречать моих соплеменников? - слегка удивился кискендир.
- Я много чего, и много кого повидал на своём веку. Разве что не видел похода эфендира Лансериха, который основал первые поселения ардаминов в долине. Но то было ещё во времена отца моего отца, если не раньше. А с твоими сородичами мне как-то довелось встретиться на горной тропе к западу от Плесси-де-Анжель. Не знаю, что их привело туда, но они охотно поделились со мной парой охотничих баек у костра, да сдобрили их отменным сушёным мясом, таким, какого я доселе не пробовал.
- Наверное, это было мясо Икрегских летучих мышей.
- Хвост Эсфидель! Лучше не рассказывай мне, парень, из чего вы это делаете, не то лишишь меня аппетита и сна на ближайшую неделю. Хотя, кажется, я уже и без того вряд ли обрету покой до тех пор, пока мы не доберёмся до Мортерима. А там - скорее всего обрету его уже в прямом смысле.
Он закашлялся, хрипло припоминая старые ардаминские ругательства и нисколько не стесняясь присутствия Сулианы, которая, к своему счастью, не знала значения ни одного из них. Потом начал быстро-быстро перебирать лежавшие на столе бумаги, видимо, ища что-то. Среди них были какие-то письма и донесения, причём большинство - очень старые, судя по сильно истёршимся уголкам и складкам. Некоторые, судя по всему, даже пытались сжечь, но вовремя остановились.
- Как бы много работы у меня ни было, она не сравнится с трудом всех этих агентов, наблюдателей, осведомителей, которые изо дня в день рискуют своей шеей, чтобы сообщить мне о том, что происходит в городе. Веришь или нет, северянин, от общения с иными документами можно состариться на несколько лет. Правда, мне не привыкать, я итак зажился на этом свете, - хитро улыбнулся Джиуб.
- Сколько же вам на самом деле лет, господин губернатор?
- Никто этого не знает, даже я сам, - ардамин засмеялся, но смех его, отдававший хрипотцой, зазвучал как-то зловеще. Даже бывалому монтгарду стало не по себе.
- В этом городе каждый день происходят тёмные истории. Убийства, грабежи, поджоги, нападения. С тех пор, как мы поселили у себя беженцев из Мортерима, ситуация стала только хуже. Что-то нам удаётся предотвратить или распутать, на то и нужны Синие Плащи и Крылья Эсфидель. Но иногда даже они не в силах не то, что разобраться, даже дать мне толковый отчёт о событиях. Как в истории, о которой я сейчас расскажу.
- Значит, я теперь буду расследовать преступления в Семистере? - сухо ответил Алекс. - Слабое утешение для того, кого не взяли на фронт.
- Не всё так просто, кискендир, - Джиуб прижал руку к груди и поморщился так, словно изнутри его жгло. - Без видимой причины начали умирать люди. Кто-то пустил слух о загадочной болезни, поразившей квартал переселенцев из Мортерима. Меньше всего мне сейчас нужна смута в городе. Я было подумал, что это снова проделки аль-сулейдцев, но мои агенты опровергают это. Смерти не были связаны между собой, никаких телесных повреждений, никаких следов яда. А родные умерших не замечали ничего странного в их поведении накануне и ранее, так что если это болезнь, меня она изрядно начинает беспокоить. Мне нужен сторонний, непредвзятый человек, который попытается хоть что-нибудь разузнать о ней. Попробуйте отправиться в святилище Эсфидель, возможно там найдутся те, кто поможет пролить свет на эту загадку. Боюсь, только там и стоит искать ответы... Можете взять с собой кого хотите из кельференских стрелков, но не больше двух, чтобы не привлекать лишнего внимания. Возможно, Сулиана пойдёт с вами, она очень хорошо знает улочки Семистера, и сумеет быстро отвести вас куда нужно. Вот и всё, пока что. Ах да... Альфен Кенсарим просил меня держать его в курсе этого дела, поэтому вам стоит связаться с его посыльным, аль-кискендиром Квиррлином, как только вы обнаружите что-то, стоящее внимания. Он же уведомит и меня.
Договорив это, ардамин присел в кресло и навис над бумагами, подперев обеими руками подбородок. Взгляд его казался невероятно измученным, словно отражая непрерывную работу мысли.