Мрачная Обитель

7. О Тритонах.

Кион Летописец вёл счёт времени по кругам Солнца. Дни складывались в годы, годы в века. И спустя три века от Сотворения Мира явился к Владыке Эону Эллиарх Ледяной и промолвил:
- Создали мы себе жилище, Владыка. Облачный Замок велик и прекрасен. Одиноки мы бываем в его огромных залах, ибо слишком велик он для шестнадцати Лайтов, но Эонвил ещё огромнее. Если спуститься вниз, то глазам нашим предстаёт Великий Океан, что создала моя сестра. Пусты его глубины. Позволь же мне сотворить там существ, коих я давно уже создал и воспитал в своих думах.
- Океан принадлежит моей прекрасной супруге, - остановил его Эон. – Мне по душе твой замысел, но испрашивать позволения должен ты у Владычицы Эарлы.
- Согласен, Владыка, - кивнул Эллиарх и удалился.
Сестра с восторгом выслушала Ледяного Бога. И ими созданы были первые существа в Эонвиле – Тритоны.
Множество серебристых и радужных пузырьков разбросала Эарла по волнам океана. И когда взошедшее Солнце согрело их своими лучами, появилась из них Раса Тритонов. А чтобы было чем питаться Детям Океана, Эарла сотворила водную живность: рыб, моллюсков и многих других. А некоторых создала по совету Селеона, дабы Тритонов не стало слишком много.
На Севере Мира, там, где океан превратился в лёд, Эллиарх воздвиг свой Ледяной Город, Эллит Даур на языке Лайтов, и удалился туда с некоторыми Тритонами. Часть Эллит Даура находилась под водой и там жили Дети Океана, а Ледяной Бог учил их. Когда вернулись они к вольным собратьям, то передали им всё, чему научил их Отец. И многие из них были выбраны Вождями. Эллиарх же оставил себе лишь Десятерых. Им он дал вечную жизнь и могущество, и были они его верными слугами – Тритоньяками.
Среди шести десятков племён Тритонов не было, однако, согласия. Они кочевали по океану в поисках изобильных областей, воевали, объединялись. Облака зелёной крови выливались в воды Мирового Океана. И не по нраву это было Эону. Тогда Асталад сотворил Донные Земли, в которых Тритоны могли бы закрепиться.
Тритоны действительно поделили Дно, выстроили подводные города и войны на время поутихли. Спустя два века в Эонвиле было три больших королевства Тритонов, правили ими внуки тех, кого когда-то учил сам Эллиарх. Ведь жизнь Тритонам дарована была длинная – многие из них дотягивали до пятисотлетнего рубежа.
Первое Королевство, Арзалл, располагалось в западной и центральной части Дна; от Виала, находившегося в восточной и северной части, его отделял Акулий Хребет. За бессчётные годы океанские течения испещрили дно подводными горами и долинами. Весь юг же, вплоть до самых Кипящих Морей, занимало третье королевство – Оллхаст, отгороженное от остальных Великим Разломом, пересекавшим Дно с востока на юго-запад.

В середине 15 столетия Король Оллхаста вторгся с воинством сначала в Арзалл, затем в Виал, и всё Дно Эонвила заняла одна гигантская Империя Тритонов. За сорок лет до этого к власти в Оллхасте пришёл убежавший от Эллиарха Тритоньяк Гиес, великий воин и маг. Он сверг прежнего Короля, правнука одного из тех, с кем когда-то жил в Ледяном Городе, и возмечтал покорить весь Эонвил.
Жестокий и необузданный Император-Тритоньяк залил кровью все свои владения, и казалось, так будет вечно, ибо Гиес был бессмертен.

Однако Эллиарх с девятью верными ему Тритоньяками явился в Оллвер, столицу Империи, и разгромил сначала Гвардию, потеряв четверых слуг, а затем в одиночку сразился с самим Императором. Эллиарх убил Гиеса, но и сам был смертельно ранен его Трезубцем. Пятеро выживших Тритоньяков унесли тело Отца в Эллит Даур и поместили его в огромную глыбу льда, где Бог Холода и упокоился навеки. Однако часть его изначальных сил дала начало загадочным существам – Хранителям.
Безмерно было горе Эарлы по своему брату. И больше никогда она не произнесла ни единого слова. А плач её и поныне можно услышать во всех реках и морях этого мира.
Империя Тритонов распалась в считанные месяцы. Раес, сын Гиеса, оказался не столь способным к управлению огромными пространствами Дна. В мире снова стало Три Королевства. Но владычество Тритонов в Эонвиле уже заканчивалось.

9. О континенте.
По воле Сереса все выжившие Титаны, а было их не более трёх тысяч, взошли на край Великого Облака, и тогда Бог Воздуха опустил их вниз. С тех пор это облако венчало Гору Титанов, возвышавшуюся над Первым Островом. И был на нём единственный уцелевший дворец, где поселился Эсмир, новый Владыка Титанов. Остальные же спустились на скалы и дивились их мощи и крепости. Посему Асталад и Айленхорт ненадолго покинули Облачный Замок, чтобы научить Титанов обращаться с железом и камнем. Через сорок лет после Войны Грома они вернулись к Эону.
Вечные снега покрывали Лартит Моул и Титаны жили там, точно изгнанники, ибо лик Эонвила был безбрежным морем. Но право жить с Богами в небесах они утратили навсегда.
У Асталада, однако, появились свои, новые думы. Он раскрыл их Эону и Владыка возрадовался, ибо казалось ему, что уже ничего нового в Эонвил не привнести. Но Светлый Лайт ошибался.
Асталад поднял из Океана огромный континент. Для этого Богу Земли понадобилось четырнадцать лет. И случилось это в начале 17 века.
Тритоны и Титаны глядели на невообразимые волны, метавшиеся по морю, вздрагивали от колоссальных землетрясений, терзающих мир, и казалось им, что пришёл конец Эонвилу. Но это было лишь Начало. Начало Нового…
Север и Юг мира почти не пострадали, но многие города Тритонов разрушились или исчезли в этом немыслимом смешении Воды и Земли.
Континент смотрел в небеса снежными пиками горных цепей, глубокими очами озёр. И хотя некоторые из гор и долин, прежде скрытых под толщами воды, остались в первозданном виде, многое изменилось на лике Эонвила. На месте Разлома возникло Срединное море и впадающие в него с запада и востока две могучие реки.
Из Королевств Тритонов уцелел только Оллхаст, существенно уменьшившийся. Остальные Тритоны мало-помалу одичали. Остались лишь немногие сумрачные города. Девять десятых Тритонов мира погибло, когда Асталад поднял сушу.
Асталад Смелый подарил этому миру всю свою Силу. Когда же творение его было закончено, стал он подобен смертному мужчине. Не мог он больше жить с Богами в их Замке. Тогда он удалился в глубокую пещеру, что в горах на северо-западе континента, и прожил там ещё тридцать три года. До последнего дня с ним был его друг Айленхорт. И когда понял Бог Земли, что пришла к нему Смерть, молвил он своему другу:
- Дело моё в этом мире завершено. Величайшую память оставил я по себе – целый континент, необъятный и неповторимый. Смерть я принимаю со смирением.
Прими же, друг мой, эти доспехи из Довременного Камня, что защищали меня во многих битвах. И прощай.
Навеки остался там Асталад, великий Бог этого мира. И лежать ему там, покуда творение его, континент, не скроется вновь под волнами.
Булава же его Атрана осталась при нём, ибо ни одна сила в Сущем не смогла бы поднять её.



Мир был словно огромный мольберт, на котором каждый из Богов рисовал то, что было ему по душе.
Когда Лайты спустились вниз оглядеть творенье Асталада, Фареолу захотелось иметь своё царство. Тогда возжёг он огонь в глубинах земли и поселился там, сотворив духов огня, барланов, себе в слуги. Кое-где границы его царства коснулись внешнего мира – там ныне изрыгают пламя и лаву свирепые вулканы.

11. О Первых Войнах.

Тритонам не давала покоя суша, вознесённая над волнами, и ёё вольные обитатели. Мечтали они вновь обрести власть над всем Эонвилом, вернуть себе былую силу и могущество, а затем, возможно, затопить все земли, вернув им прежний облик.
Оллхастом, уменьшившимся и ослабевшим, всё ещё правил Раес, сын Гиеса, Императора-Тритоньяка. К этому времени только в Оллхасте Тритоны сохранили прежние знания и умения.
И вот, весной 1960 года от Сотворения Мира из столицы выплыло огромное войско Тритонов. Оно, казалось, не уступало в мощи прежним армиям Детей Океана, бороздившим волны во времена Трёх Королевств. Кроме извечных трезубцев, воины бездны были закованы в шипастые доспехи. И ещё на каждом Тритоне была особая зачарованная маска, позволявшая им дышать на открытом воздухе. Сам Король Раес, коему было уже пятьсот сорок лет, остался в Оллвер, войско же вёл его сын.
Тритоны, подобно буро-зелёному острову, доплыли до южных джунглей и там вышли на сушу.
Великое множество Тритонов, не подготовленных к тяготам сухопутных народов, погибли в джунглях, однако всё равно в Саванны вышла великая армия. Так долго провели они в знойном воздухе Юга, что дойдя до реки, впадающей с юга в Срединное море, погрузились в недельный сон на её мутном дне.
В этой реке, получившей впоследствии его имя, Треес и его Тритоны окопались. Говорят, было их так много, что река вышла из своих берегов. Следующей весной Треес спустился по реке в Срединное море, где набрёл на уцелевший древний тритоний город Ильм. Его жителей он частью поработил, частью перебил, а город занял. Сын Трееса, молодой Дриас, втайне мечтал о своём королевстве, а тут под их властью оказалось всё Срединное море. Он уговаривал отца остаться здесь навсегда, но тот не ослушался Короля, связь с которым поддерживалась с помощью магии.
Шесть долгих лет разведчики Тритонов плавали по рекам, впадающим в море, за это время Король Раес умер и трон в Оллвере занял его племянник Криес, сын Хиеса.
Треес, оставшийся без трона, решил было вернуться и наказать узурпатора, но тут его шпионы доложили о светлом народе Эльфов, чей Зелёный Город, выстроенный прямо на деревьях, стоял на реке Квендидуин. И кровожадный Треес загорелся желанием уничтожить их.
Эльфы мирно спали в своих жилищах, когда из тёмных волн реки вышли ужасные Тритоны. Зелёный Город был уничтожен, Король Эльфиндейл убит, Королеву же Эулану, Нерождённую Лайту, взяли в плен. Эльфы рассеялись в лесных чащах, но Эуланд, уцелевший во время резни, собрал несколько десятков сородичей и увёл на запад, к Закатным Горам. Он просил у гномов Глорина убежища, и получил его. Но не зря говорят, что Гномы никогда ничего не дают просто так. Много диковинного создали они в пещерах под горами и Царь их не желал, чтобы секреты эти были ведомы на земле. Эуланду доверял он, ибо знал его когда-то, но не остальным Эльфам. И потому Эльфов больше никогда не выпустили на свет дневной. Королём их стал Эуланд и числом их было восемьдесят семь. Прозвали их в грядущие века Тёмными Эльфами.
Тритоний предводитель, захватив саму Богиню, поумерил свой пыл и вернулся в Ильм. Оставив там сына Дриаса с частью воинов, Треес двинулся на Оллвер, столицу Оллхаста. Богиню вёз он внутри гигантского краба, словно в карете. Обездвижена была Эулана и обессилена. Однако Морской Змей, что вёз Трееса по Срединному морю, сжалился над Лайтой. Взбунтовавшись, он пожрал Трееса, а Тритонов разметал по морю. Был он, впрочем, быстро убит, Эулану подобрали и войско вернулось в Ильм. Вот тогда-то Дриас и вспомнил о своей мечте стать Владыкой Срединного моря. В любом случае, непомерные планы Раеса провалились.
Эльфы, рассеявшиеся по лесу, понемногу собрались вместе. Селиться близ реки они больше не решились и в южной части леса основали Город Скорби. Был он выстроен из белейшего мрамора, что светился в лунном свете, а в солнечном горел, точно огонь. Правил Городом Высший Совет, но знали они, что где-то скитается их король Эуланд.
И в 1977 году от Сотворения Мира послы Эльфов подошли к железным воротам Гномов. Царь Глорин смилостивился и дал Эльфам Короля. Это был Эрадиэль, сын Эуланда, и было ему в ту пору двадцать четыре года. Дал он ужасную клятву никогда не рассказывать о том, что видел в подгорных чертогах Гномов, а в подкрепление клятвы Глорин скрепил на его запястье особый браслет с изумрудом.
Эльфы, как известно, бессмертны, а потому вечно жива в них память о том унижении, что они испытали под железными вратами Гномов, а их стальной браслет вечно будет сковывать руку их Короля. И оттого никогда не будет приязни между этими двумя народами.

13. О Тёмных Силах.

В Эонвиле Владыкой Зла был Тёмный Властелин, некогда Чёрный Брат Разрушителя, тот, кого Боги прозвали Урлайт. Твердыня его – Крепость Ужаса Эгарлаг, выстроенная на берегу большого озера. За прошедшие века Урлайт соткал покровы Мрака над своим островом, а невыносимая жара царила там от века. Орки, его мерзкие слуги, к середине 3 тысячелетия расселившиеся по всему острову, вырубили дикие джунгли и столбы чёрного дыма поднимались от их костров, ещё более насыщая тьму. Вечная ночь царила там теперь и остров был прозван Гурит Моул, что означало Чёрный Остров. Южная часть его всегда была пустынной, а в северо-западной Гоблины умирали от непосильного труда на полях и плантациях, взращивая пропитание орочьему племени.
Не был больше страшен Оркам солнечный свет, и выстроили они угрюмые крепости и замки, куда переселились в большинстве. Немногие пожелали остаться в глубоких пещерах Орочьих Гор.
На отравленной реке Реггитфлайн, впадавшей с востока в Озеро Ужаса, Эгар Ивал, воздвиглась главная крепость Орков – Фарлаг, Крепость Огня. Там, среди языков пламени и чёрного дыма, восседал Верховный Орк, в дерзости своей уподобившийся Охотникам. В устье реки, у берегов большого западного залива, прозванного Заливом Скатов, Далог Грес, орки построили большую гавань Дауравар Хараг. На Чародейском Холме, где жил Арнаг Некромант, был построен Оркалаг, огромный город из чёрного камня, увенчанный высоким замком. На самой северной из Орочьих гор была выстроена башня, прорезавшая тёмный покров. Там жил Эрруал Трёхглазый, и взгляд его по воле Тёмного Владыки мог созерцать любое место в Эонвиле. Башня звалась Бегетал, Башня Летучих Мышей, ибо вокруг неё в вечном танце кружили нетопыри. Ведь много зверей и птиц перешло на сторону тьмы.
И, наконец, на скалистом островке к востоку от Гурит Моула, вознеслась неприступная крепость, что звалась Морской Страж. В самой плоти камня вырубили её орки.
Наместником Тёмного Владыки и первым среди Морлайтов, Богов Зла или Охотников, был Хэррал. Жилище его было в Эгарлаге. Сам Урлайт никогда не выступал за пределы Крепости Ужаса, но если в каком-нибудь уголке Чёрного Острова появлялся его Наместник, то от злого гнева Хэррала сотрясалась земля и ломались деревья.
Грозен был облик Хэррала – два кровавых ока горели на мрачном челе, мощные доспехи из чёрного серебра носил он, а на голове был шлем с изогнутыми рогами, в левой руке копьё Герхист, на правой же сидел чёрный змей Гауланд. Некогда Хэррал был создан первым, теперь же восседал по правую руку Тёмного Владыки.

Сильнейшим среди Морлайтов был Эгрин, некогда поглотивший первозданную силу Диала Юного в давней битве среди звёзд. Супругой ему приходилась Эсха, а дочерью – коварная Луара. Обитал он с ними в глубоких пещерах в юго-восточных горах, названных в его честь. Жил он там до поры, и внешние дела его не интересовали, и не было ещё надобности Урлайту призывать к себе сильнейшего слугу. До поры.

Ярф, с давних пор носивший облик крылатого змея, подолгу парил над горами и лесами Асталада. Наконец он поселился в пещере, из которой вытекала безымянная река, что северенее Квендидуина. Чёрный Остров с некоторых пор стал ему отвратителен.
Эрруал, как уже было сказано, обитал в Башне Бегетал. Там же жила его супруга Меррель, некогда Светлая Лайта. Теперь же более всего мил ей был облик гигантской летучей мыши.
Моос жил со своим народом, Гоблинами. Обликов же он был одним из них, хоть и огромного роста. Выстроил он себе дворец, Моостог. На него Урлайт возложил важную задачу – Гоблины своим трудом кормили весь Чёрный Остров.
Дагомунд и Даголаст были любимцами Тёмного Владыки. Великими воинами были они и им Урлайт доверил обучать орков воинскому делу. Дагомунд был искусным мечником и его клинок из созданного Урлайтом чёрного серебра становился невидим, когда молодой Морлайт брал его в руки. Звался этот меч Уритфар, Тёмное Пламя. Брат его Даголаст слыл искуснейшим лучником – не было в мире лука, что мог бы сравниться с его Эгундамором, а стрелы к нему выковал сам Владыка Тьмы. Наконечники их были из Урлеара, Серебра Тьмы.
Йорх Однорукий жил в Пепельных Пустошах, что раскинулись на месте умерщвлённых лесов.
В Оркалаге, на холме Илларгилит жил Арнаг; умел он возвращать к жизни умершим, но был отшельником.
Уграно Вампирит сначала жил в большом особняке на отроге горы Оркаст, самой населённой из Орочьих Гор. Великим Алхимиком прослыл он, однако после, когда изобретённая им странная болезнь умертвила полгоры, Тёмный Владыка велел ему поселиться на безлюдном мысе к западу от Эгарлага. Чума, холера, оспа и иные смертоносные хвори вывел искусный Уграно. Позже, однако, явился он с особой речью к самому Урлайту и был послан в Асталад, ибо, казалось, он один своей мудростью сокрушит все свободные народы быстрее, нежели все Орки Чёрного Острова. Но об этом – речь впереди.
Десс был другом Уграно. Однако тот предал его, заразив страшным недугом. Подобно всем Морлайтам Десс был бессмертен, однако и мучения его были вечны. Вконец обезумев, он сбежал из Горы Оркаст, обратившись в огромного волка, и скрылся в затерянный горных пещерах Орков.

Несколько десятилетий о нём ничего не было известно, а потом из недр Орочьих Гор стали выходить Орколаки – ужасные оборотни. Вожаком их стал Десс. Орколаки нападали на Орков и Гоблинов, нуждаясь в пище, а иных заражали. Могучий Дагомунд с отрядом отборных орков возглавил облаву на них. Многие оборотни были перебиты, но не все. Дагомунд с триумфом возвратился в Эгарлаг, а Тёмный Владыка перестал обращать внимание на Десса, пока его отродья вновь не расплодились и не напали на только что выстроенную Гавань Дауравар Хараг. Тогда Урлайт призвал Эгрина из его пещеры.
Великий Морлайт в одиночку вошёл в жуткие пещеры на склонах Горы Орколаков. И вернулся, убив множество простых оборотней и волоча на серебряной цепи самого Десса. С тех пор окончательно утративший разум и способность сбрасывать облик волка Десс выл и буйствовал в серебряной клети в подземельях Эгарлага.
Орколаками, разделившимися на многие племена, правили многочисленные отпрыски Десса.
Каррон Изменник долгие годы мечтал о собственном народе, что жил бы во славу его самого. Зла в нём было не более, чем Добра, а вернее сказать, не было ни того, ни другого. Он безмерно любил свою тёмную супругу Деону и дочь Зетру, и некоторое время жил в крепости Морской Страж. Потом, однако, там осталась лишь его дочь, а Каррон с Деоной, не спросив воли у Тёмного Владыки, ушли с Чёрного Острова.
Деона стала единственной из Морлайтов, кто бывал в Облачном Замке по воле Богов.
- Ты предал Добро и карой тебе достойна быть одна лишь Смерть, - молвил Эон Каррону, явившемуся за прощением.
- Я любил и хотел быть с любимой. Разве не любишь ты, Великий, свою супругу Эарлу? Разве не сделал бы для неё всё?
- Но я никогда не ставил Любовь выше Добра, - возразил Эон.
- Все мы разные в Сущем, - шепнул ему Селеон, бывший рядом. – И так случилось по воле Творца.
- Чего же ты желаешь, Изменник? Прощения?
- Да, Великий! – склонил голову Каррон.
- Я дарую тебе прощение. Потому как могу понять того, кто любит. Но Иллинасу навеки моё проклятье и гнев! – прогремел Владыка Эон. – Хотел бы ты жить в Облачном Замке?
- Да, Владыка!
- Здесь не место Охотнице, - сказал Эон. – Поэтому ищи себе иной кров под одним солнцем с Лайтами. Ты прощён, а далее – живи, как знаешь. Об одном прошу тебя: не ступать больше на Чёрный Остров.
- Никогда я не вернусь к Урлайту, - пожал плечами Каррон.
Случилось так, что Каррон Лукавый не принял ни Добро, ни Зло.
К западу от Кипящих Морей лежат безлюдные острова. Там и поселился Каррон со своей супругой. На реке Каррондуин он выстроил белокаменный замок и назвал его в честь жены, Деон Лаг. И смог, наконец, воплотить то, о чём так долго грезил.
Иллинас Проклятый облёкся в урлеаровые латы. Оружием его было Чёрное Копьё, что носил когда-то Десс, ныне канувший во тьму безумия. Иллинас долгое время жил при Тёмном Владыке, потому как остальные Охотники не приняли его. Затем он переселился в Морской Страж и жил там в гордом одиночестве. Случилось так, что Зетра, дочь Каррона, полюбила его и стала ему женой. Он, однако, никого не любил, кроме себя.
Моурвинг пребывал в личине гигантского паука. Тёмный Владыка отправил его в Закатные горы, на погибель Гномам. На поверку всё вышло иначе.

Морлайте Зелве полюбились Орки, созданные Урлайтом. Она стала супругой Орханта и властвовала с ним в Фарлаге. Сын их звался Урук и от него пошли иные Орки, более высокие и сильные. Те, что не боялись солнечного света.
Филлохиру выбрал в жёны сам Владыка Тьмы. Родилось у них семеро детей. Но о них речь впереди.