Мрачная Обитель

Назад к воротам в Семистер

Проулок закончился, и перед Ланжаном вырос небольшой дом высотой в три этажа. Ещё преодолевая тёмный проход между домами, владетель Плесси-де-Анжель собрался, приготовившись забраться наверх. Если бы он лез обычным способом, это заняло бы у него не меньше десяти минут, но в арсенале мастера магии иллюзий было припасено несколько сюрпризов преследователям. Благодаря иллюзиям можно было не только обманывать людей, но обманывать и само время, совершая почти немыслимые на первый взгляд вещи. Сила же магии определялась тем, насколько сильно адепт верит в то, что собирается сделать. Обычный человек легко может перебежать улицу за несколько секунд, но мастер иллюзий способен сделать это же за одно лишь мгновение: ему достаточно представить начальное и конечное состояние. Представить, что он уже пробежал расстояние, отделявшее его от цели - и вот он оказывался там. Ланжан быстро оценил расстояние между карнизами и ярко представил, как он взбирается по ним, перераспределяя вес, закидывая сначала одну руку, потом вторую, отталкиваясь ногой и наконец залезая на крышу. И, когда он подбежал к стене дома, ему было достаточно всего лишь схватиться за нижний карниз и забыть обо всём остальном, отдавая себя во власть переливавшихся внутри потоков энергии. Зрителям, наблюдавшим эту сцену, показалось, что странный человек в красном камзоле и сером развевавшемся плаще буквально взлетел на крышу, но когда Ланжан оказался наверху, в глазах у него помутилось, и он упал на одно колено в изнеможении.

Ланжан, ещё не успевший даже перевести дух, был удивлён появлением незнакомца не меньше, чем тот был удивлён его магическим способом подъёма. Вспомнив, что кричал Джиуб, мессир не спешил доверять юноше, который подошёл к нему. Вместо этого он оттолкнулся ботинком от крыши, добежал до противоположного края и без страха скользнул вниз. Через пару мгновений Мистерио увидел его удалявшийся силуэт, перескакивавший с одной крыши на другую, и снова вынужден был продолжить погоню.
За краем следовала крыша пониже, как одна большая ступенька. Призрак не глядя спрыгнул на неё, следя глазами за силуэтом Ланжана на соседнем доме, как вдруг кто-то умело поставил ему подножку, и юноша растянулся на поверхности крыши. Правда, через мгновение он уже снова ловко вскочил на ноги и развернулся к своему нежданному противнику. Перед потрясённым Мистерио стояла знакомая фигура в сером плаще. Та, что он видел до этого, была всего лишь очередной иллюзией. Ланжан крепко сжимал в правой руке короткий меч-квилон длиной с локоть, а левой, вытянутой в сторону, придерживал край плаща, под которым пряталась от солнечного света Эллис. Девушка-тень теперь стала маленькой, ростом с пятилетнюю девочку, руки и полусогнутые пальцы её казались неестественно удлинившимися, а синие глаза горели недобрым огнём. Она напоминала кошку, готовую к прыжку, и так же сердито шипела.
- А кто ты такой, чёрт побери? - в свою очередь спросил Ланжан, нервно облизнув губу, по которой текла кровь. Очевидно, он разбил её во время погони. У владетеля Плесси-де-Анжель от изнеможения закружилась голова, и он едва не потерял равновесие, но вовремя отставил одну ногу назад, чтобы принять более устойчивую позу. В то же время, он постарался скрыть то, насколько в действительности устал, за напускной угрозой. - Кто ты такой, и почему ты и твой проклятый волк гонятся за мной?! Отвечай, прежде чем я сброшу тебя с этой крыши!

- Джиубу нельзя верить! - выдохнул Ланжан, по прежнему стоя от Мистерио на безопасном расстоянии. - Держу пари, он собирался и тебя всего лишь использовать для личных целей... Он хочет всё здесь подчинить своей власти, неужели ты не видел по его лицу?
Не успел он сказать что-нибудь ещё, как внезапно почувствовал резкую боль в боку, отдавшуюся во всём теле. Чуть ниже ребер, через правую сторону груди прошла насквозь стрела. Ланжан вскрикнул и отпрянул в сторону, одновременно прикрывая Эллис. Стреляли откуда-то сверху, вероятно, с другой крыши. Затуманенным взором мессир посмотрел в ту сторону, и заметил стрелка, снова натягивавшего лук. Мессир почти что отполз к углу примыкавшего соседнего здания, откуда нельзя было его достать, и, выругавшись, начал осматривать рану. Каждое движение причиняло невыносимые муки, нужно было немедленно вытащить стрелу. Он закрыл глаза и представил, что больше не чувствует боли. В висках стучала кровь, и способность к концентрации подводила Ланжана. Ему чудилось, что стражники уже бегут по лестнице на крышу, хватают его, раненого, беспомощного, тащат за собой... Но тут успокаивающий шёпот Эллис проник в его сознание. Тень говорила что-то неразборчивое, но её мягкий, нежный голос заставлял забыть о боли, о страхе, возвращал надежду. Ланжан собрался, и его способности снова вернулись к нему. Он представил, что уже держит стрелу в руке, и ошеломлённому Алексу показалось, что мессир неимоверно резко выдернул её. На красном камзоле стало расплываться тёмное пятно, но владетель Плесси-де-Анжель поднялся, прижимая руку, в которой ещё был меч, к ране.
- Лучник... - прохрипел он Призраку, глядя ему в глаза с надеждой. А затем спрыгнул с края крыши на пустую улочку, мягко приземлившись на кучу сена.
Навстречу ему выбежали двое стражников, но Ланжан был готов к встрече с ними. Пользуясь остатками сил на иллюзии, он поднырнул одному из них под меч и полоснул под коленом, а затем, провернувшись на носке ботинка, ударил второго рукояткой клинка в подбородок. Воины свалились на землю - один, держась за раненую ногу, второй - без сознания.
- Эллис... что бы я делал без тебя... - пробормотал мессир, скользя вдоль стены, чтобы лучникам было труднее в него попасть. Волка давно не было видно, и нужно было только найти хорошее место, чтобы спрятаться. Но тут перед Ланжаном выросла фигура Джиуба.
Тёмные эльфы были слишком хорошо защищены от воздействия иллюзий... А мессир уже совершенно выдохся, чтобы пытаться применить их на Джиуба. Оставалось только встать в боевую стойку, сжимая в дрожащей руке меч...

Пока северянин готовился принять на себя удар Джиуба, он внимательно присматривался к противнику. Тёмный эльф был выше его на полголовы, крепче сложен, и вооружён огромным мечом, который вряд ли можно было отбить саблей, разве что если заставить его скользнуть по ней. Положение дел было довольно угрожающим, и в этом поединке Алексу определённо пригодилась бы помощь пусть и раненого, но не выпускавшего оружие мессира. Но когда он собирался окликнуть его, Джиуб вдруг напал, и Призраку пришлось защищаться. И в тот самый момент, когда он увернулся от удара, который едва не убил его на месте, Мистерио почувствовал, как чья-то рука слабо, но уверенно вцепилась в него, и в ту же минуту ощутил прикосновение клинка к шее. Тёмный эльф же словно растворился в воздухе.
- Ты спрашивал, могу ли я сбросить тебя с крыши, незнакомец? - Ланжан хрипло засмеялся. - Ты сам с неё спрыгнул. Я могу многое, если захочу. Этот Джиуб был тоже обманом твоего зрения... Он остался там, за домом, а здесь на этой всеми забытой улочке нет никого, кроме проклятого лучника, который-таки успел меня подранить. - Он снова засмеялся, но уже слабее. - Так кто ты такой? Вижу, эти подонки стреляли и в тебя тоже, так что мы в некотором роде... на одном положении. Может, сумеем договориться?
Хватка владетеля Плесси-де-Анжель ослабела, хотя меч он не опускал.
- Эллис... бархатистый, милый голос... Эллис... - кажется, он начинал бредить.
Наконец он выпустил клинок из слабеющей руки и сполз по стене, едва дыша. Бок его камзола весь потемнел от крови, но глаза Ланжана остались открытыми.
- Эллис... - снова тихо позвал он и попытался подняться, но запутался в плаще и упал.

Где-то в темноте зажглись два синих огонька... глаза с вертикальными зрачками... Впрочем, горели они лиш миг, и оттуда показалась бледная эльфийка. Незримо-настороженная, она бесшумно скользила по переулкам. В движениях прослеживалась некая скованность. Внезапно, она замерла... взгляд шарил по мостовой, различая следы...
Звериные. Быть точнее - волчьи. От собачьих они отличаются тем, что "пальцы" на лапах поставлены уже, и когти направлены как бы "внутрь". И шаг - идеально ровная цепочка следов. Лапа за лапой.
- Мощная зверюга... - молча оценила химера прошедшего тут зверя. Она могла различить волчий след в любом случае. Как-никак волк был её тотемным зверем и одним из обличий... и выдавали её в этом глаза - вернее, разрез. Волчьи - внешние углы направлены вниз, и любая её улыбка из-за этого казалась грустной. Не задаваясь вопросом, откуда в городе лесной и по сути дикий зверь, химера направилась по следу, надеясь, что куда-нибудь да выведет, ибо этого города она не знала вообще. Не мудрено - при побеге не задумываешься, куда тебя вынесет...

Переход: Улочки Семистера >> Дом лекаря

Назад в таверну "Сытый Билли"

Хотя Ланжан и уверял своего компаньона, что знает меру в выпивке, когда они вышли на улицу, Сульрик столкнулся с необходимостью то поддерживать чародея под руку, то чуть ли не тащить его на себе. Учитывая комплекцию полукровки, это оказалось совсем непростой задачей. Помимо прочего, время от времени несносный маг приходил в себя и отпускал по поводу адъютанта не самые лестные фразы, перебирая по косточкам не только его самого, но и его родичей до десятого колена. Сульрик не выходил из себя только потому, что не раз оказывался в том же положении, когда товарищи по службе выносили его из таверны на руках.
Чтобы срезать путь до казарм, он свернул в Тишвинский переулок - узкую, грязную улочку, образовавшуюся после того, как часть дома на пути к площади перед резиденцией Джиуба обрушилась. Никто не пострадал, но во избежание повторения этой истории архитекторы слегка укоротили здание, в результате появился проход длиной примерно в сто футов и шириной, едва достаточной, чтобы могли пройти три человека в ряд. Никакие окна не выходили на этот мрачный сиротливый переулок, и две голые каменные стены, нависавшие над головой с обеих сторон, вызывали чувство тревоги. Не говоря уже о том, что переулок был прекрасным местом для того, чтобы грабить незадачливых прохожих. Сульрик знал всё это, но тащить на себе мага в обход ему не слишком хотелось.
- Мы скоро будем на месте, - пробормотал он, входя в переулок, скорее чтобы успокоить себя, чем Ланжана. - Проклятие... Странно, я нигде не вижу Эллис.
Он не стал оборачиваться, чтобы посмотреть, идёт ли она за ними, и не стал тормошить чародея. Не хватало ещё, чтобы раскисший "владетель Плесси-де-Анжель" принялся дознаваться, где его подруга - это совсем не улыбалось Сульрику.
Едко выругавшись каким-то особо крепким казарменным ругательством, адъютант покрепче подхватил Ланжана, отчего тот промычал нечто обиженно-неразборчивое. Предстояло пройти весь переулок, а там, может быть, на основной улице найдется пара дюжих бездельников из Синего Корпуса, на которых можно будеть переложить эту сиятельную особу. Редко когда Сульрик чувствовал себя в таком паршивом положении. Краем глаза он заметил, что дверь в один из домов переулка впереди приоткрыта, хотя не мог объяснить, отчего это его так встревожило.
Он понял это только когда оказался в нескольких шагах от неё.
Дверь резко отворилась, и на не готового к неожиданностям адъютанта буквально накинулся какой-то громила, выскочивший из тени.
Сульрик, который не успел отпустить Ланжана, повалился вместе с ним на землю, придавливаемый могучей фигурой нападавшего. К несчастью, правая рука полукровки оказалась прижата к земле, и тут бы он и пропал, если бы за мгновение до того, как получить удар ножом, не вцепился зубами прямо в нос напористого громилы.
Великан взвыл от боли и отпрянул в сторону, и это дало Сульрику секунду, чтобы высвободиться и перекатиться назад, прямо на ходу вытаскивая короткий меч-квилон - клинок длиной примерно в локоть, который носил с собой каждый солдат Джиуба в походе. Этим клинком можно было биться в самых экстренных ситуациях, когда пространство не позволяло обнажить саблю, и при хорошем обращении он позволял пробить даже довольно прочный доспех.
Полукровка был прекрасным воином - его учил сам Джиуб. Даже в самых скверных обстоятельствах внутри него будто срабатывала какая-то пружина, и он весь превращался в молниеносные рефлексы. Ещё нескольких мгновений ему хватило, чтобы оценить обстановку впереди и позади себя: с обоих концов переулка приближались вооружённые люди. Единственной возможностью спасти свою жизнь было нырнуть в открытую дверь, но теперь её преграждала фигура разъярённого бандита, того, что сбил Сульрика с ног. Он ещё держался за нос, рыча, как бешеный пёс, но полукровка смог узнать его.
Тот самый наёмник, который чуть не прикончил его в "Порхающей ленте"!
Джертон Крам не привык к тому, чтобы его первый удар из засады приходился мимо цели; и уж тем более он никогда не сталкивался с такой ловкостью и находчивостью со стороны своих жертв. Когда он немного отошёл после жгучей боли, заставившей его буквально отпрыгнуть назад, он обнаружил, что его противник уже на ногах и вытащил оружие. Насколько хорош полукровка в бою, Джертон убедился ещё в прошлой драке, но желание рассчитаться с наглецом взяло верх, и наёмник кинулся на Сульрика.
Полуэльф быстро сообразил, что его преимущество в скорости и ловкости сойдёт на нет, если его прижмут к стене, или он окажется между громилой и его союзниками, приближавшимися из переулка, поэтому, опередив соперника на какие-то доли секунды, он поднырнул под его руку, перекатился по мостовой, задев при этом бесчувственного Ланжана, и, провернувшись на одной ноге, нанёс несколько быстрых ударов, метя в плечо Джертона. Один из выпадов достиг цели, и когда наёмник снова отпрянул от боли, Сульрик заехал ему сапогом в бок.
- Аргх! Ты за всё поплатишься, крысёныш! - проревел Джертон.
Казалось, этой горе мускулов пинок полуэльфа был что удар ребёнка. Глаза Сульрика округлились, когда наёмник выпрямился и перешёл в наступление.
Как сейчас не хватало магической помощи Ланжана!
При всём своём мастерстве, полуэльф не был настолько вынослив, как его противник. Каждый особенно хитрый приём отнимал у него силы, в то время как Джертон, озлобленный мелкими ранами, выглядел неутомимым. Он неизбежно должен был оттеснить Сульрика от чародея, который не подавал никаких признаков жизни, к своим дружкам, а выйти из такого окружения на узкой улочке живым или хотя бы легко раненым было практически невозможно.
Вдобавок, полуэльф не мог оценить, насколько хороши в бою остальные бандиты, потому что сосредоточился на их главаре.
На короткий миг Сульрик вспомнил Сулиану и тут же отогнал от себя мысль о том, что это мог быть последний раз в его жизни, когда он думает о своей возлюбленной.
Забыв обо всём, он перекинул квилон в левую руку, стремительно выхватил правой саблю, и с криком "Синтар Эсфидель!!!" кинулся на Джертона.
- Синтар Кенсарим!!! - внезапно ответило ему несколько голосов с противоположного конца переулка.
- Синтар Кенсарим! - послышалось с другого.
Не веря своим глазам, Сульрик увидел, как несколько союзников Джертона свалились замертво. Несколько раз повторился звук, который он слишком хорошо знал: стрекотание четырёхзарядных арбалетов, какими были вооружены агенты Крыльев Эсфидель.
За спиной у полукровки разгорелась схватка, в то время как впереди топот обутых в лёгкие сапоги ног явно свидетельствовал о том, что одержали верх эсфидельцы.
- Будь ты проклят, крысёныш! - Джертон взвыл, получив арбалетный болт в руку. Сульрика тоже оцарапал другой болт, отрикошетивший от стены.
Главарь бандитов, поняв, что шансов у него нет, бросился к двери. На пути его задержал Ланжан, к несчастью которого, пришедший в себя; наёмник, не церемонясь с магом, небрежно отпихнул его в сторону рукой, в которой ещё сжимал нож. Чародей сполз по стене.
Бой за спиной Сульрика длился недолго; даже на фоне общего шума схватки полукровка слышал характерный звук перерезаемых глоток - "перья Эсфидель" не особенно церемонились с пленными.
Двое агентов поравнялись с Ланжаном, на одной стороне камзола которого растекалось кровавое пятно.
- Мириса! Сюда, живо! Фельрин, Динжер, в дом!
Четверо или пятеро агентов окружили Сульрика. Все они были в чёрных кожаных доспехах и полумасках, закрывавших верхнюю половину лица.
- Кто такой? - спросил главный у полукровки.
- Дракендир Сульрик, адъютант каади Джиуба, - доложил он. И оскалился, потому что узнал этот голос. Голос Лонишиля.
На губах агента мелькнула улыбка, но он больше ничем не выдал своих старых счётов.
- Пойдёмте с нами, офицер, поможете поймать того негодяя...
- Аль-мильсендир Лонишиль! Аль-мильсендир Лонишиль! - прервал его грубоватый женский голос.
Низкорослая эльфийка, чересчур плотная для своей расы, выбилась вперёд, едва не наткнувшись на саблю Сульрика, которую тот ещё не убрал в ножны.
- Аль-селеншир Мириса, - неловко поклонилась она. - Каади, тот человек у двери ранен несерьёзно, в руку, но крови много. Нужно ли мне помогать ему?
Сульрик чуть было не прокричал ей в ухо: "Да, ашкарасейя! Нужно! Этот чародей стоит десятерых, как ты!" - но закусил губу и смолчал. Неизвестно, на счастье или на беду они напоролись на агентов в этом проклятом переулке.
- Если не ошибаюсь, это придворный шут каади Джиуба, - презрительно бросил Лонишиль. - Перевяжи ему раны, не то наш господин расстроится.
Дракендир поёжился от щелчков взводимых арбалетов. Агенты один за другим входили внутрь здания, кто-то из них побежал в обход, чтобы не дать Джертону выскочить через окно на другой стороне дома. Лонишиль бросил на Сульрика многозначительный взгляд и вернулся к своим, раздавая распоряжения.
Получив удар ножом, Ланжан довольно быстро освободился от воздействия винных паров и теперь стонал от боли, пока аль-селеншир Мириса - медик эсфидельцев - перевязывала его руку.
- Оставьте меня, оставьте... - бормотал он. - Эллис залечит мои раны... Уходите...
- Что с ним? - бросила эльфийка Сульрику.
- Не обращайте внимания, он бредит. Занимайтесь лучше своими прямыми обязанностями, - поджал губы дракендир. Хотя его уже начинало заботить, по какой причине верная тень на этот раз оставила своего хозяина.

Перед глазами у незадачливого чародея всё плыло; когда он начал приходить в себя, то почувствовал покалывание в плече, а первое, что он услышал, была фраза Сульрика: "Кольчуга? А ты вовсе не так беспечен, как я думал, маг" По ней Ланжан понял, что небольшая предосторожность, к которой он прибег после того, как почти неделю провалялся в доме Ангора с незначительной раной, спасла его от неприятностей на этот раз. И разве только скверное ощущение от того, что кто-то грубо и наскоро перевязывал его руку, помешало ему улыбнуться.
- Кто давал этой безмозглой эльфийке медицинское образование, Лонишиль?! - вспылил Сульрик. - Позвольте, я помогу вам подняться, каади, - полукровка протянул свою костлявую руку Ланжану, и чародей на удивление крепко для своего состояния вцепился в неё.
Вторым открытием для мага оказалось то, что они находились в каком-то узком переулке, среди солдат. Эти воины были слишком легко вооружены для кого-либо из личной гвардии Джиуба, что встревожило Ланжана; у каждого из них при себе был легкий меч и укороченная модификация четырёхзарядного мортеримского арбалета: это смертоносное изобретение имело по две спаренные дуги в горизонтальной и вертикальной плоскости, закреплённые крест-накрест. Ствол арбалета был четырёхгранным, и с каждой стороны заряжалось по одному болту; сначала одновременно натягивались горизонтальные тетивы сверху и снизу, затем вертикальные по бокам. По необходимости можно было поставить предохранительную скобку, позволявшую передвигаться с заряженным арбалетом без риска подстрелить товарища или потратить болт впустую. Чтобы полностью перезарядить такой арбалет, требовалось почти полминуты, но это окупалось возможностью сделать целых четыре выстрела подряд, хотя точность немного страдала, особенно в укороченном варианте. Очень часто, когда требовалось выиграть время, стрелки пренебрегали дополнительными боковыми зарядами и использовали только горизонтальные. Если лёгкий вариант можно было взвести даже будучи не очень физически сильным, то тяжёлую осадную модификацию, которая была длиной в рост взрослого человека, заряжали, используя специальный съёмный рычаг. Кто был автором конструкции, уже никто не помнил, но солдаты ласково называли этот арбалет "мартизетта". Простые крестьяне, которых среди стрелков было немало, свято верили, что Мартизетта - жена губернатора Джиуба, и с благоговейным трепетом представляли, насколько строгой может быть жена у столь сурового правителя. Короткий вариант мартизетты, столь полюбившийся агентам Крыльев, обладал гораздо меньшей убойностью, чем его "старшая сестрица", но сохранял те же преимущества с четырьмя выстрелами подряд.
Пока Ланжан рассматривал угрожающее оружие солдат, его не покидало странное ощущение. Будто иглы холода покалывали изнутри, обозначая потерю чего-то жизненно важного. И тут маг сообразил. У него перехватило дыхание.
- Эллис! Где она?
- Мы найдём её, каади, - постарался успокоить его Сульрик, которому и самому стало не по себе. - А теперь в дом, скорее, нам надо поймать этого наёмника, пока он не натворил бед.
Агенты один за другим вбежали внутрь, и только Лонишиль немного задержался на пороге, чтобы бросить на Сульрика многозначительный взгляд. Адъютант ответил тем же, причём его губы искривились чувством с трудом подавляемой ненависти.
А наверху шум борьбы возвестил о том, что взять Джертона Крама будет не такой простой задачей.
- Даже притом, что ты старше меня по званию и только что спас мне жизнь, - прошипел Сульрик, - я готов проткнуть тебя насквозь прямо здесь, Лонишиль!
Прежде чем кто-либо успел среагировать, дракендир обнажил саблю и сделал шаг к своему заклятому врагу.
- Похвальный пыл, мой юный друг, - не моргнув глазом, ответил Лонишиль. - Вам мало досталось в прошлый раз? Или вы хотите чтобы я укоротил и второе ваше ухо, господин губернаторский любимчик?
Ланжан заметил, что подерись они прямо здесь, у Сульрика с его длинной саблей было бы преимущество перед этим рослым офицером, вооруженным таким же коротким мечом, как у его людей. Но Лонишиль даже не стал вынимать оружие из ножен и стоял, выпятив грудь вперёд, словно готовый получить удар.
- Я ещё верну тебе должок, мештир! - бросил адъютант, демонстративно убирая саблю.
"Мештир" означало дословно "земляной червь"; это ругательство обычно применялось чтобы подчеркнуть низкое происхождение того, кого оскорбляли, но слышать как один полукровка называет так другого, было столь дико, что Ланжан не верил своим ушам. Тем не менее, Сульрик, казалось, на время унялся, а Лонишиль лишь презрительно улыбнулся и затем последовал за остальными в дом. Гроза миновала.
На втором этаже послышались звон разбиваемой посуды, треск мебели, богатырский рык Джертона Крама и чей-то вопль ужаса. Через пару мгновений один из агентов Лонишиля вылетел в окно.
- Похоже, без моей помощи не обойтись, - всё ещё отгоняя раздражение, вымолвил Сульрик. - Да и этого дикого кабана надо доставить Джиубу живьём. Может, он расскажет нам о своих нанимателях.
- Час от часу не легче, - пробормотал Ланжан, прислонившись к стене.
Не слушая его, дракендир побежал в дом. Прямо на лестнице он нашёл труп ещё одного агента, лежавший в настолько неестественной позе, словно его переломили пополам. Сульрик вздрогнул и тут же выругался, недовольный тем, что на миг поддался страху.
- Аль-мильсендир! Аль-мильсендир! Он заперся в комнатке на четвертом этаже! Двое наших убито!
Оставшиеся на ногах агенты, наскоро перезаряжая арбалеты или тихо поскуливая от боли, окружили вход в злосчастную комнату. Обитая железом дверь, которую заперли у них перед носом с такой лёгкостью, будто это был кусок фанеры, угнетала агентов не так сильно, как могучий бородатый дьявол, укрывшийся за ней.
- Вы отправили агентов на улицу под окном?
- Да, каади Лонишиль. Там трое стрелков, ему не выбраться.
- К несчастью, каади, этот негодяй успел схватить ребёнка, - вмешалась Мириса.
- Ребёнка?
- Какого-то мальчишку, каади. Он грозится убить его, если мы начнём ломать дверь.
Лонишиль испустил выдох ярости.
- Фельрин! Ты можешь хотя бы минуту не издавать ни звука?! Ты мешаешь мне думать! - рявкнул он на агента, которому накладывали шину на сломанную руку. Несчастный Фельрин, один из новобранцев Крыльев, чуть не плакал от боли.
- Давайте я перекинусь словами с этой скотиной, - вызвался Сульрик.
- Только если что, ребёнок на твоей совести, - Лонишиль со злой улыбочкой отошёл от двери, уступая место адъютанту. Не так-то просто было переговариваться через такую толстую дверь.
У Ланжана, который тоже поднялся к остальным, выступил на лбу холодный пот от общей напряжённости этой сцены.
- Эй, громила, - как можно увереннее постарался начать Сульрик. - Тебе всё равно отсюда не выбраться живым, отпустишь ты мальчишку или нет. Такому головорезу, как ты, нетрудно понять, что рано или поздно наступает момент, когда за его шкуру не дадут даже сушёного крысиного хвоста. Тебе ведь нравится жизнь, приятель? Нравится кутить по тавернам и вытирать стражниками столы, верно?
- Кончай трепаться, крысёныш! - прогремело с той стороны двери. - Или ты собирался предложить свой сушёный хвост в обмен на мою шкуру?
- Хорошая шутка, здоровяк, даже слишком хорошая для последней шутки в жизни такого негодяя, как ты. Неужели ты ещё не понял, что к твоему горлу уже приставлен клинок?
- У меня мальчишка! Как раз сейчас мой клинок у его горла, а ты, бледнокровка, скрипишь зубами за дверью, потому что ничего не можешь сделать. Дайте мне уйти, и я отпушу мальца.
- Отпустишь его или нет, ты всё равно будешь убит, только во втором случае твоя смерть будет гораздо, гораздо более мучительной, обещаю. Прямо за моей спиной стоит десяток ребят, которые хотят твою голову на блюде, здоровяк, неужели ты думаешь, они так просто дадут тебе уйти? Но у меня есть другое предложение, которое может тебе понравиться.
- Какое же? - уже не так уверенно спросил Джертон.
- Если прямо сейчас присягнёшь в верности губернатору Джиубу, то твою жизнь не только сохранят, тебя ждёт почётная служба под знаменем Эсфидель! И как только ты принесёшь присягу, то больше не будешь в компетенции этих сердитых ребят с арбалетами, и я, личный адъютант Джиуба, буду отвечать за твою неприкосновенность!
- Да как ты смеешь! - Лонишиль мгновенно сбросил маску невозмутимости. - Он убил двоих наших!
Сульрик одним взглядом поставил аль-мильсендира на место.
За дверью стало тихо. Джертону Краму по роду его занятий редко приходилось думать, но когда он о чём-то задумывался, как правило это было надолго.
- Как я могу тебе верить, когда я два раза чуть не убил тебя? Ты должен меня ненавидеть!
Сульрик облизнул пересохшие губы. Для наёмного головореза Джертон был довольно умён.
- Сейчас у Эсфидель есть куда более важные дела, чем отвлекаться на старые обиды и раздоры. Ты хороший воин, приятель, и такие люди нам понадобятся под Мортеримом.
Крам снова замолчал. Минута тянулась вечность.
- Аа! Маленький ублюдок! Стой!!!
Не успел никто из присутствующих понять, что происходит, как послышался звук отпираемого засова, затем дверь приоткрылась, оттолкнув в сторону Сульрика, и через образовавшуюся щель выскочил мальчишка лет четырнадцати. Он споткнулся о ногу стоявшего в коридоре агента и кубарем прокатился по первому пролёту лестницы. Крам издал непередаваемый вопль отчаяния.
- Я согласен на твои условия! Согласен! - закричал он.
- Поздно! - вырвался вперёд Лонишиль, рывком вытягивая на себя дверь, чтобы Джертон не смог снова запереть её. - Стрелки, прикончите его!
Агенты не заставили себя долго просить. Двое или трое из них не глядя разрядили арбалеты в темноту комнаты.
- Попал кто-нибудь?
Тут Лонишилю, который выглянул в проём двери, едва не снесло голову вылетевшим оттуда тяжеленным столом. Стоявшему прямо у порога агенту повезло меньше: вместе со столом он повалился на лестницу, слабо вскрикнув. Несколько раз что-то хрустнуло.
Ещё несколько болтов полетело в сторону Джертона, силуэт которого стал виден на фоне окна. На этот раз, очевидно, почти никто не промахнулся.
- Аа! Готово, каади! - радостно выдохнул новобранец, которого звали Динжер.
Увы, это были его последние слова; нечеловеческим усилием Джертон, в груди которого торчали несколько маленьких арбалетных болтов, ринулся в коридор. Падая, он вцепился обоими ручищами в горло незадачливого агента, так, что бедняга умер, должно быть, даже ещё не коснувшись земли.
- Синтар Кенсарим!
Оставшиеся в живых агенты кололи тело Джертона мечами до тех пор, пока оно не стало похоже на подушку для иголок. От этой картины Ланжану стало дурно, а Сульрику, на чьих глазах всё произошло так стремительно, что он не успел вмешаться, оставалось только отвести в сторону мальчика, который отделался при падении всего несколькими ушибами.
- Где твои родители? - срывающимся голосом спросил полукровка.
- У меня их нет... Я живу вместе с тётей... Она попросила меня вымыть лестницу, пока сходит на рынок, а тут ворвался этот убийца...
- Твоей тётушке несказанно повезло, паренёк... Я отведу тебя к губернатору, - Сульрик неуверенно потрепал его по голове. - Джиуб о тебе позаботится.
Полукровка дрожал всем телом, словно в нервном припадке. Его глаза видели ужасный конец Джертона Крама, а в его голове отчаянно колотилась мысль, что в Мортериме он скорее всего увидит ещё и не такие сцены...