Мрачная Обитель

Мистерио расслабленно перешагнул через одного из мештлисер и подсел к товарищам по несчастью. Он ещё не оглядел выходы из зала, но его смутно терзали подозрения, что отряд оказался заперт в обширном зале.
- Эх, чародей, чародей. Нет в вашем мире, как я теперь понял, таких сокровищ, которые может оценить наш северный житель. А по поводу мешка, то я бы был не прочь и твой понести, - неаккуратно стерев кровь с лица, улыбнулся Алекс, - и тебе потом не возвращать. Но как бы мне тебя самого снова тащить не пришлось, - заключил он, пространно разведя руки.
Солдаты тихо переглядывались с измученными и печальными лицами и никак не могли понять настроения своих спутников.
- А ваши летучие мыши суховаты будут для рагу моего отца. Разве ж это мыши? Это суповой набор с крыльями.
Призрак достал из ножен свои сабли и с досадой понял, что забыл заранее стереть с них кровь. Теперь ножны могли прийти в негодность или, по крайней мере, потерять свой внешний вид.
Он стал медленно и аккуратно протирать сабли, дабы метал не подвергся коррозии.

Мистерио закончил с одной саблей и принялся за вторую. Изредка поглядывая на собеседника, он всё же внимательно следил, чтобы на закалённом металле не оставалось ни одного пятнышка крови, которая уже начинала сворачиваться и черстветь.
- Знаешь, я ведь искатель приключений. Я привык к свободе, к бурлению крови в теле, к бешеному биению сердца. Ничто не могло удержать меня в доме, где честь и отвага вынуждены мириться с ложью и лицемерием. Ведь ещё мои прадеды жили по законам чести в мире и согласии с окружающими племенами и между другими династиями, а теперь город погряз в борьбе за власть...
Призрак не договорил. Он взял меч в правую руку и, покрутив им в воздухе, пристально оглядел блестящий клинок. Отложив оружие, он вновь посмотрел на собеседника.
- Этот мир тоже рискует стать обителью зла, и, если в Мемороисе я не способен ничего сделать, то здесь от моих поступков зависит очень многое. Это дело чести и долга. Чести северянина.
Призрак посмотрел на чародея, гордо отвернувшегося от них и делавшего вид, словно ничего не слышит.
- Точно так же, как я не мог оставить Ланжана, когда тот лежал беспомощный у лекаря, так и сейчас я не могу оставить этот мир, когда он на грани гибели.

В первый раз Джиуб уже позволил застать себя врасплох, и теперь он не собирался повторять прошлых ошибок, к тому же у него оставалось слишком мало людей, чтобы размениваться ими. Тёмный эльф вгляделся в темноту, полагаясь на своё ночное зрение, и тщательно осмотрел ниши под потолком. Мештлисер, прятавшиеся там, перебиты. Значит угроза могла исходить только из единственного свободного прохода – проёма впереди, который вёл ещё глубже в подземелья под резиденцией. И действительно, шаги и скребущие звуки раздавались именно с той стороны. Подав знак остальным сохранять спокойствие, Джиуб выступил вперёд, держа наготове свой огромный меч.
Этот меч был очень примечателен. Неизвестно, сколько сражений он пережил вместе с хозяином, и сколько душ унёс на тот свет, и неясно, из какого металла он был выкован в стародавние времена, но его лезвие, совсем не зазубрившееся после стольких битв, и резная тонкой работы рукоять внушали уважение. Ланжан помнил этот меч ещё с тех пор, как тёмный эльф состоял у него на службе, и этим же мечом Джиуб отбивался от войска своих соплеменников, напавших на Чёрный замок. Клинок этого меча едва заметно светился слабым лунным светом, даже в темноте, и придавал всей фигуре Джиуба прямо-таки мистический облик. Тёмный эльф держал меч двумя руками, временами чуть покачивая им, хотя иной раз ненадолго перекладывал в одну руку, и в эти моменты он выглядел особенно внушительно.
А вот доспехи, поскрипывавшие в местах соединения пластинок, явно не могли похвастаться таким качеством. Местами они потемнели от времени, местами были выправлены после вмятин от ударов, но это наоборот придавало Джиубу ещё более грозный, по-настоящему ветеранский вид.
- Альзантир, остальные, держитесь слева от меня, но старайтесь не отходить далеко – скомандовал он, и его улыбка недобро скривилась, когда он сподручнее перехватил меч. – Ланжан, Алекс, я предоставляю вам действовать по своему усмотрению, но лучше, если мы всё время будем оставаться в поле зрения друг друга…
Он не успел договорить, как вдруг в глаза ему и остальным ударил сильный пучок света. Тёмный эльф успел зажмуриться и занять оборонительную позицию, вслепую выставив меч, стражники же, стоявшие к проёму ближе, выронили оружие или вскрикнули от боли.
Ланжан коротко выругался, страдальчески прошипев уже знакомое Алексу «ашкарасейа!» и согнувшись пополам, отчаянно протирал глаза. Эллис взвизгнула, укрываясь под его плащом. В следующую минуту в комнату буквально ввалилось что-то круглое, сияющее, как маленькое солнце, ослепительно, мучительно яркое. Вокруг него переливался ореол из светящихся маленьких щупалец. Комната заполнилась светом, и даже самые маленькие тени из ниш и проёмов далеко отступили. Позади светящегося диска слышалось шебуршание мештлисер.
Превозмогая боль, Джиуб попытался ударить диск мечом. Но тут же чудовищной силы ударная волна отбросила его и остальных назад, едва не переломав им кости.
Затем свет собрался в конус, сужаясь к тому месту, где венчик щупалец вытянулся в сторону приходившего в себя отряда.
- Что это за чертовщина?! – выкрикнул Альзантир, с трудом приподнимаясь на локте. Ему досталось больше всего, но двое товарищей помогли ему встать на ноги. Телохранитель Джиуба заметно прихрамывал.
Мештлисер победно засвистели откуда-то из-за диска. Странная субстанция больше всего напоминала большого моллюска или медузу; внутренняя поверхность щупалец, изменявших свою длину и собиравшихся в подобие венца вокруг него, ярко светилась, как и голова загадочного существа. Оно разгоняло все тени в комнате, за исключением тех, что были прямо за ним, и ослепляло солдат. Тех, кто старался подойти близко, сразу отбрасывало назад ударной волной, или же существо резко выкидывало вперёд два щупальца и жалило ими. Никаких колонн или мест, где можно было укрыться от него, не было, и, казалось, положение безнадёжно…

Ланжан повернулся к свету, прикрывая слезящиеся глаза рукой. Венчик щупалец переливался разными цветами на дальнем конце зала, но тут на миг магу почудилось, что щупальца оказались у самого его носа. Он инстинктивно отдёрнулся, но сразу же взял себя в руки. Ему ли, мастеру магии иллюзий, становиться жертвой таких же иллюзий?
Эллис крепко прижалась к нему и дрожала от страха под плащом. Мимо Ланжана пролетел стражник, отброшенный очередной волной от существа. Нужно было как можно скорее что-то предпринять, пока их не убили. Но сил на то, чтобы применить свои способности, у мага уже не осталось.
«Ланжан…» - позвал твердый, уверенный голос в его голове. – «Сдавайся, и твоя жизнь останется при тебе. Быть может, и жизнь твоих спутников тоже. Для меня вы только расходный материал, так что мне всё равно. Но если ты будешь сопротивляться, то пожалеешь об этом…»
Кровь заледенела в жилах у чародея. Этот голос не слышал больше никто, кроме него. Существо, находившееся в дальнем конце зала, было пожирателем разума, и теперь оно аккуратно прощупывало, насколько крепкий орешек ему предстояло расколоть. Ланжан мигом пожалел, что не оставил на себе шлем. Краем глаза он увидел, что и Алекс теперь лишился своего, и ведёт себя странно.
Ланжан начал припоминать всё то, что читал прежде о магии воздействия на разум. Основные принципы этого искусства состояли в том, чтобы привести жертву в состояние волнения или паники, чтобы довести её до нервного напряжения, и тогда, через окна, раскрытые отчаянием, проникнуть в её сознание, медленно, по нарастающей, заполнять его, затягивая петлю контроля над разумом. Голос существа в его голове должен был заставить его лихорадочно соображать, потеряться в потоке мыслей, чтобы уже не выбраться из него. Но маг вместо этого повернулся к диску спиной, чтобы не видеть яркий свет, и постарался успокоиться.
На какое-то время он потерял способность слышать. Существо использовало простую иллюзию, чтобы вывести его из равновесия, но Ланжан был готов к этому. Он опустился на колени, оказавшись под плащом вместе с Эллис.
- Милая, - начал он, не сбиваясь, несмотря на то, что не слышал собственного голоса. – Мне снова понадобится твоя помощь. Это существо не даёт нам подобраться к нему, ты уже видела… Но ты можешь. Можешь, двигаясь сквозь тени. Не бойся, мы отвлечём пожирателя, но ты должна прошмыгнуть мимо него как раз в тот момент, когда появится тень. Возьми квилон, ты знаешь, что делать.
Эллис смотрела хозяину в глаза, не мигая. Когда он договорил, она утвердительно кивнула, забрав из ножен мага его короткий клинок. В руках Тени меч стал словно растворяться в воздухе, пока не принял форму иллюзорную, как и сама Эллис. Это был спектральный клинок, оружие, подаренное Ланжану многие годы назад, и оружие, которым могла пользоваться его верная помощница, находясь в любом обличье.
Маг выпрямился в полный рост, всё ещё прикрывая собой Эллис от света, а затем резко развернулся к диску и изо всех сил метнул в него факел.
Снаряд угодил существу прямо в центр головы. Оно съёжилось от боли, резко втянув щупальца, и свет в зале на мгновение погас.
- Помогите мне! – выкрикнул Ланжан. Вернее, он подумал, что выкрикнул, потому что всё ещё не слышал собственного голоса. Ему показалось, что само время стало течь медленнее, а движения спутников стали размытыми.
Слишком долго было объяснять остальным то, что он задумал, поэтому следующее, что он передал остальным… или попытался передать, было «Прикрывайте Эллис».

Джиубу никогда раньше не доводилось иметь дела с такими созданиями. Переливающееся медузоподобное существо даже в нем, трехсотлетнем ветеране войн, вызывало смутную тревогу. Стоя напротив венчика щупалец, выглядевших столь уязвимо, и в то же время минуту назад отбросивших его на несколько метров, тёмный эльф сплёвывал кровь и бормотал под нос ругательства.
С Ланжаном явно творилось то-то неладное: он кричал не своим голосом, словно боясь, что его не услышат. Альзантир и стражники пытались отвлечь светящегося монстра, кидая в него разные предметы с пола - благо, после мештлисер осталась целая куча снаряжения, разбросанного повсюду. Некоторые из снарядов долетали до диска, и тогда венчик щупалец страдальчески втягивался внутрь, хотя явного вреда видно не было, а некоторые отклонялись будто неведомым силовым полем, отлетая во всевозможных направлениях и иногда обратно в стражников.
И тут справа от Джиуба послышался предсмертный стон одного из солдат. Тёмный эльф не поверил своим глазам: над телом стоял Алекс, с совершенно безумным взглядом. Одна его сабля валялась на земле, руку он поднёс к самому лицу, сжимая и разжимая окровавленные пальцы и будто не в силах признать, что только что убил своего товарища.
Алекс оказался под воздействием магии пожирателя разума.
Джиубу ничего не оставалось, кроме как напасть на северянина, прежде чем тот убьёт кого-нибудь ещё. Можно будет по крайней мере отвлечь Мистерио, пока чародей что-нибудь не придумает. Ах, этот чародей... Джиуб скрипнул зубами от досады, понимая что, наверное, впервые позволил себе переложить проблему на чужие плечи.
Нарочно взяв дугу повыше, чтобы ненароком не задеть Алекса, тёмный эльф взмахнул своим огромным мечом прямо у того над головой. А затем чуть подался назад, держа меч перед собой и готовый к любому выпаду своего "противника поневоле".

Айсобель - а это была она - в один прыжок оказалась посреди залы, прямо перед стражниками, когда те собирались метнуть копья в светящийся диск. Чёрный силуэт загадочной девушки, с распростёртыми полами плаща-крыльями, углы которых оканчивались двумя острыми изогнутыми лезвиями, выглядел устрашающе.
- Вы не тронете это существо! - неестественным, с металлическими отзвуками голосом бросила она, делая шаг вперёд и ещё больше шерясь, как большая надувшаяся от злобы кошка. - Город Мортерим не имеет для меня никакого значения... Только Замок важнее всего! А оно пока что содействует мне... до тех пор, пока пытается не позволить вам отправить солдат на убой в мёртвые руины!
Она покосилась на Эллис, скалясь в хищной улыбке, и сразу стало ясно, кто так ловко сбросил Тень со спины пожирателя разума.

Легкие шаги оставили отпечатки в кровавых полосах на ступенях в подвал. Влажная и вязкая субстанция едва вспыхнула и словно отозвалась на пришествие нежданной гостьи. Приоткрытые от резкости картины губы исказили лицо девушки, она не ожидала увидеть здесь что-то подобное, тихо прокрадываясь в нижние ярусы замка. Не замершему, но искусному разуму могло показаться, что очередная ухмылка, связанная с новой жертвой, блеснула в "теле" чудовища. Молниесносный сильнейший удар волной иллюзии рассек разум без всякого сомнения, ведь оно не свойственно подобным существам. Но чей разум? Невидимый луч словно рассек леди надвое, и в скоротечной вспышке, на которую никто не обратил внимания, хрупкое тело исчезло, явив слепому взору пожирателя разума двоих: юношу и девушку в темных легких костюмах. Они были схожи, как две половинки зодиакальных близнецов: такие же стремительные, невесомые, они держались за руки, и, пусть даже каждого из них ранила болезненная иллюзия собственного страха (о господи, эта безумная... там... где? не пускай...), их пальцы судрожно сцеплялись, находя путь и выход.. И, значит, у них... или все-таки ее изменившегося тела.. было кое-что для противостояния совершенному мастеру иллюзий.